Антология советского детектива-1

— В общем — нормально.

— Штольц сказал мне, что они увлекаются спиртным. Это правда?

— Да. Но сейчас все в России пьют. Морозы, партизаны, подпольщики развеяли у наших солдат иллюзии о быстрой победе. Единственная радость у офицеров — вино.

— Через неделю мы съездим туда. Как обер–лейтенант смотрит на это?

— Положительно, фрау гауптман.

— Я тоже через неделю возвращаюсь на службу. Если не возражаете, поедем вместе.

— Конечно. Что нового в России?

— Все то же, вот только партизан стало больше.

— Кто начальник вашего СД?

— Временно исполняю обязанности я.

— Так вас можно поздравить с повышением и в чине и в должности?

— Точно не знаю. Приказа на мое назначение нет. Что–то тянет Берлин.

— Не расстраивайтесь, будет. Сейчас не начало войны, когда не знали, куда девать офицеров. Я рада за вас. Моя помощь тогда была для вас своего рода трамплином, не так ли, штурмбанфюрер, — напомнила Венкелю Миллер.

— Так точно, фрау гауптман, я благодарен Вам."

"— Так вы говорите, что партизан стало больше? — перевела Эльза разговор в интересующее ее русло.

— Судите сами, если раньше в нашем районе действовало два партизанских отряда, то сейчас я затрудняюсь сказать точно, сколько их.

— Но ведь перед моим ранением дивизии, расположенные на отдыхе, двинулись на партизан. Неужели эти закаленные в боях части не справились с кучкой партизан?

— Партизаны ушли в глубь леса. Там преследовать их бесполезно. В течение двух недель дивизии блокировали лес, а потом были отправлены на фронт. Спустя некоторое время партизаны вернулись.

— Значит, отряд «Смерть фашизму» уничтожить не удалось? — стараясь скрыть волнение, спросила Эльза.

— К сожалению, нет. Но этот отряд — не самая большая неприятность. В моем районе появился конный партизанский отряд, которым командует капитан Петренко. Вот это — истинное несчастье.

— Почему?

— Петренко — опытный командир. В отряде железная дисциплина. Появляется он всегда там, где его совсем не ждут. Пленных не берут, полицаев и старост расстреливают на месте. Даже самые ярые враги Советской власти боятся идти в полицию. А нам, как всегда, оставляют очень мало солдат. Всех отправляют на фронт.

— Я не поняла, штурмбанфюрер, чем отличается этот партизанский отряд от других?

— Я же вам сказал — это не просто партизанский отряд, это — конный отряд. Помните, мы искали пропавший вороной табун?

— Не помню.

— Когда мы заняли город, нам сообщили, что на местном конном заводе до войны выращивались лошади редкой окраски, кроме того, они обладали высокими физическими качествами. Табун с этими лошадьми перед войной был на дальнем выгуле и на завод не вернулся. Наши поиски были безрезультатны. Табун исчез. И вот теперь он появился, партизаны капитана Петренко воюют с нами верхом на вороных лошадях.