Антология советского детектива-1

Гейнц подумал с минуту, а затем произнес, обращаясь не ко мне, а к оберсту: «Мне понятно, господин оберст, поведение Миллер. Не так давно на этой дороге на нее было совершено нападение. Но с момента покушения на фрау мотопехотная дивизия взяла дорогу под свой контроль. По ней постоянно патрулируют грузовики с солдатами мотопехотной дивизии. В данное время дорога безопасна, я так считаю. Последнее слово за вами, господин оберст». — «Я согласен с вами, оберштурмбанфюрер, поедем по лесной дороге».

Я была возмущена и заявила обоим, что остаюсь при своем мнении. А чтобы никто не смог упрекнуть меня в трусости, поеду с оберстом, но по возвращении из поездки буду звонить в Берлин. Гейнц ответил, что оберст не нуждается в моем сопровождении, лучше если я займусь своими делами и не буду мешать ему работать. Тогда я вынуждена была признаться Гейнцу, что мне тоже поручена охрана оберста генерального штаба, тот подтвердил мои полномочия и сказал, что я поеду с ним в автомобиле. Времени для переодевания у меня не было, не успела я предупредить и Гардекопфа о том, что уезжаю. Дорога действительно патрулировалась солдатами мотопехотной дивизии, но Гейнц недооценил партизан. Мы были почти на середине пути, когда на дорогу полетели гранаты… Дальше я ничего не помню. Очнулась уже здесь, в госпитале. Это все. Больше добавить мне нечего.

Помолчав, Штольц спросил:

— Гейнц не оказывал тебе знаков внимания, ухаживать за тобой не пробовал?

— Он знал мое отношение к нему и если даже питал ко мне какие–то чувства, то признаться в этом боялся.

— Оберштурмбанфюрер застрелился после того происшествия. Оставил посмертную записку, где очень высокопарно отзывается о тебе. Пишет, что любил тебя. Что ты скажешь на это?"

"— Скажу, что это очередной трюк старого авантюриста. Я могу согласиться с тем, что Гейнц ненавидел меня, но что любил — не поверю никогда.

— Все. Ты не устала, девочка?

— Это не имеет значения. Спрашивайте обо всем, что вас интересует, господин штандартенфюрер.

— Спасибо. У меня все. Ну что ж, поправляйся быстрее, очень много работы.

— Что ожидает меня после выздоровления?

— Путешествие за границу и очень интересная разведывательная работа…

Штольц ушел, а Миллер еще долго обдумывала свой разговор с ним. Ее рассказ выглядел правдоподобно, проверить искренность ее слов никто не сможет, так как свидетели мертвы. Судьба ее решена — она вернется к профессии разведчика. Вот только знать бы, куда пошлют ее. И еще один вопрос волновал Эльзу — известно ли Вергу о том, что она в Берлине? Эльза много думала о том, как ей связаться с Вергом, но ничего определенного не решила. Может быть, поможет случай, а пока лучше повременить.