Антология советского детектива-1

Миллер была довольна: ее люди осмелели! То, что генерал сам пожаловал к ней, а не попытался вызвать к себе, лишний раз свидетельствовало: в вермахте ее «фирмы» опасаются. Ну а то, что и ненавидят вдобавок, еще лучше!

Позвонил Венкель:

— Гейнц просит срочно подняться к нему…

— Что там?

— Опять гости! Из Берлина прилетел какой–то штандартенфюрер.

…В кабинете Гейнца удобно расселись трое из СС. Одного из них Эльза узнала — это был Верг! Он подошел к Эльзе, пожал руку, повернулся к Гейнцу:

— Учитесь, оберштурмбанфюрер, у этой хрупкой женщины, как нужно работать!

— Будете заниматься разбором дел по моим отчетам? — высказала догадку Эльза, изображая смущение и стараясь скрыть радость встречи.

— Для этого со мной прибыли из Берлина люди. Милая Эльза, нам с вами нужно поговорить кое о чем… Где мы можем спокойно потолковать?

Когда они остались одни, Верг улыбнулся:

— Ну, как живешь?..

И Эльза принялась рассказывать, начиная с того момента, когда она прибыла в этот город. До позднего вечера они сидели вдвоем в ее кабинете и говорили, говорили. Гардекопф охранял их уединение. Несколько раз пытался пробиться начальник СД, но обер–лейтенант не пропускал даже его. Около десяти вечера Эльза и Верг расстались.

Верг не на шутку был обеспокоен создавшейся ситуацией. Провал Эльзе пока не грозил, но если Штольц узнает о том, как она спасала своего мужа, он перестанет ей доверять. Завтра Петренко будет в лесу. Необходимо предупредить партизан, чтобы его временно изолировали или переправили за линию фронта.

Как это сделать? Канал связи через горничную слишком долгий, да и опасно засвечивать радиста…

У Верга была явка в городе. Тот человек был связан с партизанским отрядом «Смерть фашизму». Придется положиться на него, другого выхода нет…

Он долго не мог уснуть, думал об Эльзе, Там, в Германии, ему казалось, что на родине Эльзе будет легче. Сейчас убедился в обратном: здесь, на родной земле, на–много сложнее и труднее…

XXII"

"Пленные, в числе которых находились капитан Петренко и Михей, разбирали стену. В полутора–двух километрах от места их работы темнел лес. Близость леса действовала ободряюще. Несколько полицаев, охранявших пленных, понимали их настроение и поэтому ни на минуту не оставляли без надзора.

Работа продвигалась медленно: раствор был крепкий, каждый вырубленный кирпич доставался ослабевшим людям нелегко.

Около полудня подъехали две телеги, на которых сидели полицаи, вооруженные автоматами. Один из них, видимо, старший, подошел к охране:

— Привет, хлопцы!

— Здравствуйте. Кто такие будете? — спросил начальник конвоя.

— Да вот за кирпичом эсэсманы прислали.

— Документ давай.

Приехавший подал бумагу. Начальник конвоя развернул:

— Здесь по–немецки.