Антология советского детектива-1

Штольц из него жилы вытянет, а правду узнает.

Подъехали к зданию, где размещался абвер. В кабинете за столом Штольца восседал начальник управления.

— Садитесь! — крикнул он Крамеру и Эльзе. — Миллер, ваш отец не вышел на связь. Что вы думаете о его молчании?

— Можно только предположить… например, поломку передатчика, болезнь, какие–либо другие подобные причины. Или… провал?

— Успокойтесь. Вы немка, сотрудник абвера. Надо быть готовой к различным превратностям судьбы.

— Я все понимаю. Простите.

— Ничего, — поднялся начальник из–за стола. — Нам вашего отца тоже очень жаль. Сколько лет мы проработали с ним вместе…

Он хотел еще что–то добавить, но в это время открылась дверь, и на пороге показался здоровенный лейтенант в форменной рубашке, с закатанными до локтей рукавами.

— Признался, господин оберфюрер!

Пьяный Гелюх ему все выболтал…

— Приведите его сюда!

Два солдата ввели под руки окровавленного Крутькова–Луценко.

— Ну что, граф Луценко? — хищно спросил шеф. — Обвели вокруг пальца абвер?

— Я все расскажу. Только не надо меня больше пытать. Это звери, а не люди. Особенно этот офицер.

— Откуда вы знаете немецкий язык?

— Я знаю его с детства. То, что я граф, — правда. В молодости я увлекался революционными идеями и сменил фамилию. Я стыдился своего дворянского происхождения. — Он повернулся к Миллер: — Фрау Эльза! Вы ведь женщина и моя землячка, попросите, чтобы меня не пытали!

— Я — немка, Крутьков! Такие просьбы не в моих правилах. Что заслужили, то и получите.

— Браво, Эльза! — одобрительно сказал Штольц, подходя к ней. — Эта работа — необходимость. Удовольствие от нее никто не получает, кроме Гардекопфа.

Штольц взмахом руки указал на лейтенанта с закатанными рукавами. Тот, не поняв, щелкнул каблуками:

— Так точно! Я не такие языки развязывал.

— Хорошо! Если с Карлом Миллером случилось худшее, мы со Штольцем постараемся его заменить. Иди, отдыхай, — шеф проводил Эльзу к дверям.

В пансионе в это время дня почти не было жильцов. В столовой Эльза села за столик. Официант, всегда обслуживающий ее, подошел с записной книжкой в руке.

— Фрау Миллер! Что желаете?

— Что–нибудь вкусненькое и фужер вина.

— Будет исполнено."

"Эльза сидела за столом и размышляла о судьбе матери и сына. После ареста Карла Миллера им, видимо, тяжело. Может, мать написала Ивану, и он заберет Степчика к себе… Неизвестность всегда больше волнует человека, чем конкретная неприятность.

«Как они там, дома?» — этот вопрос все чаще тревожил ее.

Официант принес салат из свежих помидоров и огурцов, дымящееся мясо и тонко нарезанную ветчину. Бутылка вина возвышалась над тарелками.

— Я просила немного вина, а вы принесли целую бутылку.

— Я заметил, что фрау одна никогда не пьет, а вам положено вино и коньяк.