Антология советского детектива-1

 — Неужели вы ничего не поняли? Мы хотим иметь в вашем лице еще одного соратника в борьбе с фашизмом. Не с немецким народом, а с фашизмом, который превратил вашу страну в тотальную душегубку, чудовищный застенок для целого народа, в каких бы аспектах это понятие ни брать. Так будет точнее! Ваш отец это давно понял. А вы?..

Марков учитывал, что должен переживать человек в такие критические минуты, на внезапном изломе жизни. Он может запаниковать и очертя голову согласиться на все. Но страх — плохой помощник в разведывательной работе… Либо замкнуться в себе, молча готовясь к развязке.

Вилли Майер разговаривал сравнительно спокойно, держался смело, правда, чувствовалась некоторая угнетенность. Он лишь вначале бросал испытывающие взгляды вокруг. Ко, в конце концов, что мог сделать человек, попавший в кратер вулкана, который вот–вот взорвется?

— Вы уверены, что я буду работать па вас? — задумчиво спросил Вилли. — Если рассчитываете на меня, то почему? Должна быть причина…"

"— Опять вы за свое! — с легким упреком ответил Марков. — Не на нас, а с нами! Во имя победы над фашизмом, во имя будущего Германии, во имя освобождения из оккупационной неволи народов Европы! Разве этого мало?

Майер поднял голову и твердо проговорил:

— Буду с вами откровенным.

— Другого и не ждем, — обронил Марков.

— Так вот! Все мои помыслы и поведение, о котором вы знаете, сознательны и не были результатом случайных настроений.

— Это мы поняли, — ответил Марков.

— Меня по известным вам причинам не смогла одурманить национал — социалистская демагогия. А сейчас, в ходе войны, я воочию убедился, какое горе несет людям фашизм. У Гитлера нет ничего общего с народом. Фюрер ведет Германию к неотвратимой катастрофе. Долгое время я искал однодумцев для возможной борьбы. В том окружении, в котором я несу службу, мне ни разу не встретился достойный доверия человек. И что же? Такого человека я нашел в вашем лице. Это очень важно — знать, что ты не один.

Он на мгновение умолк и после паузы добавил:

— Мое решение обдуманное и окончательное. Имею просьбу: не смогли бы вы сообщить о нем моему отцу?

Марков секунду колебался, но ответил искренне:

— К сожалению, давать такого рода обещания я не уполномочен. Но передать, кому следует, вашу просьбу — это сделаю.

— Спасибо и за это! — поблагодарил Вилли Майер. — Итак, что мне поручите?

— Вы вернетесь к Хейнишу с нашим заданием…

— С заданием бороться против фашизма? — не удержался Майер.

— Да, с заданием бороться за свободную Германию, без Гитлера.