Антология советского детектива-1

А эти немчуры, гады ползучие — ты только представь себе, дочка! — возвели грабеж среди бела дня в государственный закон! И если человек защищает свое добро от жадных рук ворюг, то невинного человека вешают при всем народе. Мир перевернулся с ног на голову] Но напрасно надеются — ничего им с рук не сойдет: я в той зондеркоманде упаковываю воровскую добычу. А потом, без лишних свидетелей, записываю. Все записываю — что украли, где или у кого отняли и куда отгрузили. Наступит время, победим фашистов, тогда и предъявим счет, писанный моей рукой. Подробный. Всё возвратим до нитки!

— Всё ли? — усомнилась Кристина.

Мирза — Хатагов хмуро свел брови, густые и кустистые, которых иному хватило бы и на усы.

— Да, всего не вернуть, — согласился он. — Не вернуть сожженное, взорванное, уничтоженное, украденное и перекраденное, когда и следы награбленного исчезают… А главное, не вернуть жизнь героев, отдавших самое дорогое на освященный народным подвигом алтарь Отчизны. А поэтому, — он поднял стиснутый кулак, сухой, словно кастет, и четко обрисованный, — мы брали, берем и дальше будем брать вражеские жизни. Кровь за кровь! Смерть за смерть! Это — святой наказ…

Помолчали, и через минуту Кристина тихо, словно боясь нарушить печальную думу старика, проговорила:

— Есть рация, которую необходимо раздобыть… Но это связано с большим риском…

Мирза — Хатагов сразу оживился и бодро воскликнул:

— О чем речь! Если она есть, из–под земли достанем!

— Именно из–под земли и придется доставать, — улыбнулась Кристина. — Знаете городок Пела–гиаду? В пятнадцати километрах на север от Ставрополя?

— Приходилось бывать — путь недалекий.

— На восток от Пелагиады, — продолжала Кристина, — на речке Ташла стоит заброшенная мельница.

— Знаю и мельницу! До войны, бывало, ночевал на ней, когда ходил охотиться на уток.

— Вот схема расположения мельницы с визуальными ориентирами на местности и расстоянием в шагах. Извините, мерила своими, но старалась, чтобы каждый шаг равнялся пятидесяти сантиметрам. Так что можно исчислять в метрах. Крестиком обозначено место, где закопана рация. Сама я поехать не могу. Иначе уже давно бы…

Мирза — Хатагов внимательно разглядывал схему.

— Местность знаю, как свою усадьбу. Безлюдье: железная дорога и шоссе находятся в десяти километрах. Туда ведут только грунтовые дороги. Можно спокойно ковыряться в земле…

— Так и было! — вздохнула Кристина.

— А что случилось?

— Немцы подремонтировали помещение мельницы и расположили в ней мастерскую. Вот почему я не смогла добыть рацию.

— Вот как! — даже крякнул Астан. — Это осложняет.

— В том–то и дело! Но без рации я как безголосая птица.

— Сделаем так — отправлюсь–ка туда я сам. Погляжу, что да как…

— Сможете?

— Иначе и не говорил бы зря.