Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

Посмотрел бы я…

Стоичева возмутили слова молодого парня, он не сдержался, вскочил из-за стола, за которым сидел, и закричал:"

"— Какое вы имеете право, молодой человек, так разговаривать со мной?! У вас еще молоко на губах не обсохло. Я пятнадцать лет работал у слесарного верстака на заводе. А вы сколько? Два года? — Николай Павлович спохватился, вытер платком вспотевший лоб и, виновато улыбнувшись, сказал:-Но это к делу не особенно относится. Вы должны помогать нам, как сознательные советские граждане.

Но тут рассердился дядя Вася. Его покрытое мелкими морщинками лицо стало строгим.

— Поделом тебе, Ленька. Понял? Не суйся поперед батька, дурная голова. Сколько раз я тебе говорил? Подписывай немедля.

Парень быстро взял ручку и подписал протокол, говоря:

— Не знал ведь я, чего же тут такого…

По возвращении в отделение Стоичев сразу прошел к майору. Терентий Федорович был по-прежнему в приподнятом настроении и весело спросил капитана:

— Ну как, удалась твоя агитация?

— Провел собрание, думаю, будут результаты, — сухо ответил Стоичев.

— Хорошо, — одобрил Копытов.

— Я хотел с вами, Терентий Федорович, посоветоваться, — сказал Стоичев. — У меня вызывает недоверие старший лейтенант Поклонов.

Майор поднял голову.

— Мне кажется, он связан с мелкими спекулянтами, — продолжал Николай Павлович, — чем-то обязан им. Сегодня я был свидетелем того, как Поклонов уговаривал одну спекулянтку покинуть базар. У него нет никакого авторитета. Да и подхалимство его, о котором говорил на собрании Вязоз, отвратительно. Он пользуется вашей слабостью.

Терентий Федорович махнул рукой.

— Чепуха это все, догадки. Я Поклонова знаю много лет, ничего за ним преступного не замечал. У тебя нет доказательств. А за подхалимство, правильно, надо критиковать.

— Я беседовал с его женой, она говорит, что он пьет и неизвестно на какие деньги, — продолжал Стоичев.

Копытов вскинул брови:

— Семейными делами ты уж сам занимайся, меня не вмешивай.

— Зря вы отмахиваетесь, Терентий Федорович.

— Это уж мое дело, — оборвал Копытов заместителя.

Николай Павлович ушел от начальника раздраженный.

Глава 12

Сегодня, когда подполковник Урманов допрашивал очередного, двадцатого свидетеля, который видел шофера перед праздником, лейтенант Вязов размышлял о том, зачем Алексей Старинов явился ночью к родителям, и вдруг подумал: «А не переодеваться ли приходил убийца?» Как только за свидетелем закрылась дверь, лейтенант высказал свою догадку подполковнику.

— Мысль заслуживает внимания, — сказал Урманов. — Следует ее проверить.