Антология советского детектива-27. Компиляция. Книги 1-18

А Вовк, свернув козью ножку, устроился на подоконнике.

Порывы ветра то и дело относили от окна сизые клубы махорочного дыма, и Нефедов непроизвольно морщился. Заметив это, Гончаров достал пачку ""Беломора"".

— Закурите, товарищ майор. От его проклятого зелья только так отбиться можно. Клин клином…

— Не-ет, я до табака не очень-то, — сказал Нефедов, вынимая из кармана пеструю коробочку. — Угощайтесь.

Он откинул крышку, и Гончаров увидел мелко наколотые кусочки сахара.

— С гражданской еще это у меня — как наголодался без сладкого, — со смущением объяснял Нефедов.

Это пристрастие и впрямь казалось комичным в крепко сложенном мужчине с волевым подбородком и кустистыми бровями.

— До войны еще леденцами баловался. Теперь вот на рафинад перешел… Знаете что… — Он заговорщически подмигнул Гончарову и предложил: Давайте бросим: вы — курево, а я — сладкое…

Гончаров почесал затылок.

— Вот поймаем бандитов, тогда подумаем…

Нефедов весело рассмеялся. Но тут же посерьезнел и уже деловым тоном добавил:

— Но вернемся к делу. Я связался с ближайшим аэродромом. Самолет для облетов района будет выделен с завтрашнего дня. Нужно назначить кого-то из сотрудников райотдела в качестве наблюдателя. И второе — управляющий Золототрестом дал добро на присылку нашего человека под видом ревизора…

— Кстати, о золоте. Меня… смущает все-таки, что мы отправили машину с грузом свинца под видом драгметалла, — начал Вовк.

Но Боголепов категорично заметил:

— Прикажете каждый раз дарить банде кучу денег — на целую танковую колонну?… А если осечка выйдет и они уйдут с добычей в Маньчжурию?…

— Я уже говорил, но повторю еще раз, — вмешался Жуков. — Убежден, что бандиты не станут разбивать хорошо упакованную тару… В прошлые-то разы они взяли настоящее золото…

— Да если даже и вскроют… — Гончаров на мгновение нахмурился. Стахеев — головастый парень, выкрутится как-нибудь…

По таежной тропе растянулась цепочка всадников. В середине тяжело шагала лошадь, на которой поперек седла висел связанный Стахеев.

Иннокентий то и дело пытался размять опутанные веревкой руки, распрямить затекшую спину, но куда там — тело словно налилось свинцом, перед глазами шли кровавые круги. Мерно вздувался и опадал потный бок лошади.

— Как какого-то… носом к пузу… — бурчал пленник. — Что я, по своей воле в машину эту залез?…

— Чего ты там гундосишь? — прикрикнул на него ехавший следом бандит в засаленной кепке. — Живо у меня юшкой умоешься.

Он пришпорил коня и, обгоняя других, унесся вперед, пристроился рядом с Кабаковым.

— Василий, ну чего ты этого легаша с собой тащишь? Ей-богу, сердце не на месте. Позволь я ему брюшину пощекочу…

— Не мельтеши, Желудок. Сам знаю, что к чему. Парень-то, может, и сгодится на что.