Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Вид у меня, надо полагать, был настолько оторопелый, что майор счел нужным повторить:

— Фальшивый Коломийцев, которого вы встретили в гостинице, на самом деле Григорий Шидловский, брат вашей знакомой. Это вполне достоверно. Месяца три тому назад он проник на нашу территорию через турецкую границу со специальным заданием. Некоторое время жил в Киеве под фамилией Григорьева. Потом очутился здесь, уже с документами корреспондента Коломийцева... Я вижу, вы удивлены. Тоже скажете — не может быть?

— Нет... Но я никак не мог подумать, чтобы Анечка, с которой я чуть не каждый день встречаюсь, и вдруг имела бы связь с врагами, работала бы на них.

— Это не обязательно так. Сознательно она, наверное, не работала. Вернее всего, она и не подозревала об истинной профессии брата. Зачем ему откровенничать с сестрой? Вовсе не надо. Он сумел ее использовать и без этого...

— Но откуда же вы все это узнали? — спросил я и сам испугался своей нескромности.

Майор улыбнулся:

— Эту девушку видели как-то раз на лодке в обществе мужчины, по внешности похожего на лжекорреспондента Коломийцева, и потом еще дважды ночью. Но главное основание — ее письмо к брату, переданное мне сегодня настоящим Коломийцевым. Он получил его по ошибке.

— Как же так?"

"— Анна послала письмо брату без его ведома, может быть, даже вопреки его желанию, в редакцию киевской газеты на имя Коломийцева, а в скобках пометила для верности: «Шидловскому». Там знали адрес настоящего корреспондента и передали ему. Письмо короткое. Сестра выражает надежду, что оно дойдет до брата, извиняется за самовольство и просит денег. Подписано буквой «А». Обратного адреса нет. Представьте себе, как изумился наш гость, получив письмо от несуществующей сестры! По почтовому штемпелю он узнал, что оно прислано из нашего города, и догадался захватить его с собой. Ну, я сличил почерки и убедился, что его писала Анна Шидловская. Письмо разоблачило самозванца и вместе с тем доказало, что сестра не посвящена в его планы.

— Теперь понятно, почему из-за границы прислали сюда именно его: он здесь родился.

— И поэтому и по другой, тоже очень важной причине. Помните, вы говорили мне, продолжал майор, — что видели у него золотистую расческу в форме рыбки? Потом такую же вы нашли в башне?

— Помню, конечно.

— Так вот, познакомьтесь теперь с той бумажкой, в которую она была завернута. Вы ею пренебрегли, а мы отыскали ее в амбразуре и бережно сохранили.

Майор достал папку. В ней лежал смятый листок ученической тетрадки, наполовину исписанный арифметическими упражнениями. Он, наверное, долго пролежал в башне: бумага пожелтела и написанные чернилами цифры несколько расплылись и выцвели. Вот что там было:

(буквы были подписаны карандашом рукой Рожкова).