Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Некогда это была грозная крепость, теперь же остались только черные руины, заросшие кустарником и травой, обиталище бесчисленного множества ящериц. Сохранилась часть стены с воротами, над которыми был высечен из камня щит с гербом: протянутая рука держит меч. От громадного зала, где в былые времена пировала шляхта, сохранился один угол с торчащими во все стороны железными прутьями. Своды обвалились и превратились в груду камней, покрытых мхом и лишайником. Полностью уцелела только одна большая башня, стоящая возле самого обрыва. Некогда из ее черных амбразур во все стороны грозно торчали жерла пушек. Теперь у нее был самый мирный вид: снизу сплошь увивал плющ, в амбразурах поселились голуби, а верхушка была облеплена гнездами ласточек. Когда мы вечером сидели у подножия башни, они носились над нашими головами, наполняя воздух своим щебетанием.

Мне было грустно. Живо представлялось, как здесь, быть может на этой самой скамейке, сидели юные разведчики, обсуждая важные и рискованные операции. Над ними так же носились ласточки, внизу так же блестела река... А потом их казнили...

— Что вы, Сережа, все молчите? — спросила Татьяна. — Вам скучно?

— Мне не скучно, а грустно.

— Что так?

— Я думаю о юных героях, которые сидели здесь, как мы сейчас сидим, а потом были схвачены и замучены в тюрьме.

— Ну, если вам здесь скучно, идемте в парк.

— Не стоит — далеко. Лучше посидим здесь.

— Да что с вами сегодня? Развалины, что ли, на вас так действуют?

— Что ж, возможно... Руины всегда наводят уныние.

— Интересно было бы залезть в эту башню, — сказала вдруг Татьяна. — Может быть, там старинные вещи спрятаны. Представляете — оружие, рыцарские доспехи, манускрипты с печатями... А вдруг там скелеты на цепях сидят!

— Едва ли! — засмеялся я. — Ну, давайте посмотрим.

Мы обошли башню кругом. Я надеялся отыскать какой-нибудь вход, окно или спуск в подвал, но ничего не нашел. Дверь была уже давно заложена кирпичом, до бойниц нельзя было добраться, каменный цоколь башни был везде целехонек. Но вот с одной стороны, как раз против ворот, мы обнаружили невысоко над землей амбразуру. Она предназначалась, очевидно, для низового боя в случае штурма ворот. Плющ в этом месте так разросся, что амбразуру почти невозможно было разглядеть даже вблизи. Я попробовал взобраться и сорвался. Татьяна хохотала до упаду, глядя на мою неловкость.

— Где уж вам! — заявила она. — Придется, видно, мне самой попробовать... Подсадите меня.

Я ее подсадил. Она ухватилась за стебли плюща и, опираясь на небольшие выступы камней, с удивительной ловкостью стала карабкаться наверх. Через минуту она была уже в амбразуре.

— Здесь темно, ничего не видно, — услышал я ее голос. — Щель совсем узкая, голова не проходит, и воздух тяжелый... А! Нашла расческу...