Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Что крылось за его ловко расставленными словами? Угроза? Предостережение? А может, то был один из его «психологических» приемов — так сказать, — выстрел наугад?

Как бы то ни было, здравый смысл говорил, что ей сейчас надо оставить даже мысль о встрече с сапожником.

Автобус с артистами еще не прибыл. Галка заглянула в кассу — поинтересовалась, сколько продано билетов, ведь надо было как-то объяснить свое появление в вестибюле. Внешне она оставалась спокойной, но в голове, до боли в висках, билась лихорадочная мысль: «Что делать? Что делать?!»

Ничего не придумав, она вернулась в уборную. Кулагин сидел на одном из ободранных кресел, подстелив под себя газету, и скучающе листал растрепанные ноты.

— Ты уже? Так быстро? — спросил он, небрежно бросая ноты на туалетный столик, и, не дождавшись ответа, спросил уже о другом: — Наши еще не приехали?

— Нет. — Галка пытливо посмотрела на него. «А что если…» — мелькнула неожиданная мысль. — Я не была в сапожной мастерской, — многозначительно добавила она.

— Ты говоришь это так, словно тебя обидели, — улыбнулся Кулагин.

Галка все еще колебалась. Но когда он подошел к ней и, тронув за локоть, участливо спросил: — Галя, что с тобой? Ты чем-то расстроена? — она сказала, уже уверенная в том, что имеет на это право:

— В мастерскую пойдешь ты. Нет, туфель не бери.

— Но мои туфли ремонтировать не надо. — Он снова улыбнулся, полагая, что она шутит.

— А в глаза людям тебе смотреть надо? — выведенная из себя его безмятежной и, как казалось ей, самодовольной улыбкой, вскипела Галка. — Тем, кто рано или поздно вернется сюда, и тем, кто оставался здесь, но не продавался за холуйский паек?

Кулагин опешил. Он даже отступил назад.

— Галя… — он хотел что-то сказать, но не находил слов.

— Молчи. Слушай меня. Ты сейчас пойдешь в сапожную мастерскую. Тут недалеко — через площадь. Там несколько мастеров. Обратишься к тому, который работает у окна. Он такой высокий, очень худой, чернявый. Скажешь, что ты от Леонида, и возьмешь то, что он передаст. Все. Иди.

— Галя… — Кулагин изумленно глядел на нее, словно увидел в ней что-то новое, незамеченное раньше, а сейчас вдруг поразившее его.

— Боишься? — прищурилась Галка. — Я тебя успокаивать не стану. Если схватят — в лучшем случае расстреляют.

Он шагнул к ней и снова взял ее за локти, но на этот раз так крепко, что ей даже стало больно."

"— Я сейчас боюсь только одного — потерять тебя.

Галка почувствовала, что краснеет. То не была краска стыда — жгучая, разом охватывающая все лицо — тепло, которое она ощутила, поднималось медленно от щек к ушам и лишь слегка коснулось щек. Когда он вышел, она посмотрела в зеркало и удивилась своей совершенно, как ей казалось, неуместной улыбке.