Антология советского детектива-7. Компиляция. Книги 1-11

Гостей, как правило, принимали молодые хозяева — Карл и Дженни — брат и сестра. Карл и Дженни были неутомимы. Куда-то исчезали на несколько дней и возвращались с компанией, которая иногда жила у них целую неделю. Когда Карл успевал заниматься наукой, это оставалось для Кати загадкой. И еще одно обстоятельство привлекло внимание горничной: Карл и Дженни сравнительно хорошо говорили по-русски. Правда, с ней они разговаривали только по-немецки.

Подавая кофе гостям, Катя однажды уловила несколько странных фраз: Карла называли специалистом по русским делам. Речь шла о каких-то людях в Москве.

Когда она рассказала обо всем этом Питу, тот насторожился: “В доме Карла плетутся какие-то сети. И этот Серж твой, “великий гуманист”, и Карл, “специалист по русским делам”, — одна компания. Держи ухо востро…”

Кате нетрудно было убедиться, что сети, которые плетутся в доме Карла, имеют совершенно определенное назначение."

"…В тот поздний вечер Катя услышала, как брат упрекал сестру — он был под хмельком и в таких случаях говорил очень громко. Смысл его упреков сводился к тому, что там, где бессильны деньги, где нельзя купить нужного тебе человека, им может завладеть красивая женщина. Красивая женщина — это Дженни, человек, которым она должна завладеть, — какой-то актер, приехавший на гастроли с группой советских деятелей искусства…

На следующий же день Катя решила дать знать об услышанном разговоре кому-нибудь из советских гостей. Но потом заколебалась: поверят ли ей? И где доказательства? Скажут — провокация. Если Карл узнает, то сперва на смех поднимет ее, а потом вышвырнет из дому, как собачонку. Нет, тут требуется осторожность, тут надо все взвесить.

После долгих мучительных раздумий Катя и Пит решили, что действовать надо совсем иным путем. Нужно войти в доверие к молодым хозяевам. Собственно, Пит решительно требовал поначалу другого — уйти из этого дома, и делу конец. И тогда Катя высказала ему все, что накипело в душе ее за годы разлуки с отчим домом. Теперь она знает: только любовь к Питу могла поколебать в те летние дни 1945 года ее веру в свой народ. Она уже давно поняла, что была тогда жестоко обманута. Однако, что делать — Катя любит Пита, любит сына, и дом Пита стал ее домом. Но Родина — она там, на Востоке…

— Пит, ты должен меня понять, ты же умный и добрый… Если уж судьба забросила меня сюда, то хоть какую ни на есть малюсенькую пользу принести своему дому…

Она расплакалась, и Пит долго не мог ее успокоить. В ту ночь она все продумала, все взвесила.

Главное — добиться разрешения поехать в СССР. Хотя бы на месяц, чтобы повидать родных. Хозяев, пожалуй, она уговорит, — может, их даже устроит такая поездка. Теперь Катя не сомневалась в том, что Серж неспроста определил ее в дом Карла и Дженни.