Антология советского детектива-22. Компиляция. Книги 1-24

К моему удивлению, получилось наоборот. Каменная крошка легко выгребалась, не мешала работе. По моим расчетам, основание было подрыто на целых полметра, если не больше. Можно, казалось, попробовать и рычагом, как Лефер. Не тут-то было. Пришлось пробивать борозду и по бокам — вначале сверху, а потом — с торцевой стороны. Два с половиною часа я ма­ялся с этой глыбой, пока наконец она не осела. Танчуку давно надоело смотреть, как я орудую киркой и ломом, и он еще часа два тому назад ушел в радиорубку. Лефер же не только следил за моей работой, но и несколько раз предлагал мне свою помощь.

— Нет, Леферушка, ты уже отвалил свою глыбу. Дай теперь и я доведу свое дело до конца.

Осевшая глыба оказалась настолько тяжелой, что не поддавалась даже рычагу. Лефер правильно оценил ситуацию и, ни слова не говоря, пошел к Музыченко за вторым ломом. Только когда мы оба навалились на свои ломы, глыба медленно сползла с приступка и глухо, как после тяжелого сна, свалилась на площадку.

— Ну и что теперь делать с ней? Оставить так — будет загромождать площадку.

— Под откос, — посоветовал Сугако.

— Под откос, говоришь?

— Для сарая, например. Да мало ли для чего.

— А знаешь, Лефер, ты прав. Не под откос, конечно, а заместо стола. Поставим в уголок, и клади на него все, что хочешь. Ну как, идет?

Переместить каменную глыбу весом больше тонны не так-то просто, особенно в траншее. В этом я убедился там, когда пытался сдвинуть ее сам без помощи Лефера. Другое дело — передвигать ее с помощью рычагов по гладкой поверхности бетонированной площадки. Тут нам с Сугако, можно сказать, делать нечего. Подводя плоские края ломов под основание камня, мы переместили его к радиорубке и установили в виде небольшой подставки, которая и загораживала часть входа в радиорубку, и служила нам небольшим столиком.

— Ну теперь пошли к Петру. Посмотрим, что успел сделать он, — предложил я Леферу.

Как же я был удивлен, когда увидел, что Музыченко за это время сделал примерно столько же, сколько мы с Лефером вместе. Было тем более удивительно, что Петр значительно уступал в своей силе не только мне, но и Сугако. Значит, Музыченко «поборов нас хытрощамы».

— Петя, — спросил я напрямик, — как же это так? В чем тут секрет?

— Я прыходыв до тэбэ, дывывся, як ты працюеш. Правда, ты так захопывся своею роботою, що навить нэ звэрнув на мэнэ увагы. Спочатку у тэбэ всэ йшло гаразд. Алэ потим ты лышэ марнував час. В глыбыни, як видомо, багато нэ зробыш. От я на цьому й выграв.

Только теперь стало понятно, в чем наш просчет. Полагаясь на опыт Сугако, я долбил ломом поперечную борозду почти до самого дна траншеи. А в глубине, как правильно подметил Музыченко и в чем я сам убедился, многого не сделаешь. К лому применить силу уже нельзя, и удары оказывались слабыми.