Операция «Антитеррор»

– И как теперь прибор прикажешь списывать? – возмущенно поинтересовался он. – Восемьсот баксов стоит! Восемьсот...

– Будете, сударь мой, высчитывать по двадцать процентов из ежемесячного рациона кота. За злонамеренную порчу государственного имущества.

Асафьеву было не до шуток.

– Что интересное будет, сообщи...

Курам на смех – ни Асафьев Лоскуткову, ни Лоскутков Асафьеву никогда не звонят. Просят меня выяснять новости и передавать. Если бы жизнь наша была устроена честно, то есть так, как и должна быть устроена нормальная жизнь – сколько сделал, за столько и получи, – то мне давно пора бы за исполнение обязанностей телефонного диспетчера плату требовать...

– Обязательно. Может, сам подъедешь?

– Минуты свободной нет. Я на «координации» сижу. Всех вайнахов местных по возможности проверяем. Это после Екатеринбурга. По всей России волна пошла...

– На дорогах тоже с вашей подачи началось?

– Меня сегодня дважды останавливали.

– Это уже по линии Лоскуткова. «Винторез» ищут...

– Ладно, – сказал я и включил сигнал правого поворота. Вспомнил, что обещал купить бутылку водки продавцу магнитных стелек, если он что-то важное узреет. Как раз магазин рядом оказался.

В кабинете Лоскуткова на стуле для допрашиваемых, к моему удивлению, сидел довольно скучный по виду Колян и потягивал в ожидании моей бутылки лоскутковский чай. Судя по отсутствию в стакане ложки, как и я, без сахара. Можно сказать, родственная душа.

– Вот и частный сыщик... – сказал Лоскутков и непонимающе посмотрел, как я достал бутылку и протянул Коляну. Если свидетель занял стул здесь, вместо того чтобы продолжать торговлю, это может значить, что он точно что-то узрел.

– Я думал, ты сбрехал... – удовлетворенно сказал поклонник и пропагандист акупунктуры.

– Я слушаю... – без предисловий сообщил я, усевшись на свое привычное место у стены.

Лоскутков кашлянул, словно смутился. И посмотрел долгим неверящим взглядом на Коляна.

– Понимаешь, вот наш свидетель утверждает, что не Сабирова садилась в «Лексус».

– Очень просто. Сабирова была в той самой короткой песцовой шубке, которую она описывала, якобы на другой женщине, тоже «голосовавшей». На самом деле она несколько минут стояла там же, разговаривала с женщиной в зимнем спортивном костюме синего цвета. Потом та женщина вышла на дорогу и остановила «Лексус». А Сабирова пошла пешком.

– Точно. Так все и было. – Колян расцвел от предвкушения предстоящего застолья.

Я немедленно взялся за телефонный аппарат и стал набирать номер.

– Кому? – поинтересовался майор.

– Асафьеву. Это значит, что Сабирова опасный свидетель.