Операция «Антитеррор»

– Вот, – ткнул дежурный пальцем. – В самом начале.

Майор прочитал и присвистнул.

– С одной стороны, нашим легче жить... – сказал дежурный. – Если еще раз с этой же стороны, то дело ведем не мы, а ФСБ. Но с другой стороны, это может разрастись, как лавина. И надо ждать продолжения. Новая война группировок?

Лоскутков отрицательно покачал головой:

– Нет. Это не группировки. Здесь дело гораздо тоньше и сложнее. Если судить по способу убийства, это они между собой. Местные не выдерживают конкуренции с ребятами оттуда. Что-то не поделили... Мне экземплярчик отпечатаешь?

– Этот, со всеми сводками, шефу понесу. Он не уходит, ждет. Всегда с собой сводку домой берет. Жена у шефа такое чтиво любит. А тебе отдельно сделаю.

Майор кивнул и пошел к себе. Он чувствовал, что движение началось, но как самому ему вклиниться в это движение, как начать дергать за нужные ниточки, чтобы включиться в управление процессом, – этого он пока даже не представлял.

– Что там? – спросил Володя, который тоже не слишком спешил домой. Очевидно, в очередной раз с женой поругался. Он как поругается, так сидит в кабинете допоздна. Иногда и Лоскуткова пересиживает.

– Война до нас докатилась.

Капитан молча ждал продолжения.

– Час назад Ваха собрал у себя в офисе нескольких уважаемых членов местной диаспоры, из тех, по кому давно веревка плачет. – Володе не надо было объяснять, кто такой Ваха. Под Ваху давно и тщательно копали, но собрать нужных сведений не сумели. – И их кто-то взорвал прямо в офисе. Две гранаты, одна за другой. Собирать надо по клочкам...

– Молодцы-то молодцы, только в приемной труп телохранителя с характерным ранением.

Лоскутков кивнул. А потом добавил:

– И у подъезда «Линкольн» Вахи. Тем же ударом убит водитель и еще один человек. Документов при нем не было. Судя по сумке с инструментами, это врач. Личность выясняется.

– Выезжаем? – спросил Володя так равнодушно, словно ему предстояло поставить кипятить чайник.

Майор отрицательно покачал головой:

– ФСБ работает. Я домой поеду. Устал и не знаю, что делать дальше. Вообще не представляю...

– За дружка переживаешь?

Где-то каркала и каркала ворона. И никто не обращал на нее внимания. Не знаю, как на Северном Кавказе, но в наших южноуральских широтах с наступлением темноты воронам положено спать. Если только их никто назойливо не беспокоит. А если ворона каркает, значит – беспокоят, значит – совсем достали уже. Я бы и сказал об этом Халилу, но вдруг на этот лагерь какими-то неведомыми путями уже вышли или менты, или фээсбэшники? Установили пост наблюдения – а я его сдам? Вот уж тогда Лоскутков с Асафьевым поклонятся мне в пояс и скажут громадное спасибо товарищу майору спецназа ГРУ.