Сокровище антиквара

 — Мы его побили дружно и качественно, хотели сорвать пионерский галстук, но Пашка убежал, хныча и разбрызгивая красные сопли, и никому потом никогда не пожаловался, хотя ябеда-корябеда была та еще… Мы были искренни в той ярости… и, пожалуй что, не следует над ней смеяться, потому что, как ни прикидывай, эти кубинские бородатые парни были совсем не то, что нынешние долбаные террористы. И детства своего пионерского пронзительно жаль в первую очередь оттого, что мы тогда были счастливы непонятным и невозможным сегодня счастьем, мы жили в лучшей на свете стране в самое лучшее время… ну, главное, мы в это верили, и точка…

Нет уж, — подумал он уверенно, — фотография в продажу не пойдет. Перебьются».

Он был не сентиментален, ничуть. Он просто-напросто собирался себе оставить, коли уж имел на то право, фотографию с Че и еще одну штуку — эту по соображениям вовсе уж не ностальгическим.

Выйдя в гостиную, он подошел к стене, и не обращая внимания на прочий холодняк, украшавший ее в превеликом множестве, уверенно снял с крючка шпагу в черных ножнах, обнажил, крест-накрест махнул клинком, размашисто и умело — и дважды шумно прогудел рассекаемый воздух.

На вид — сущая безделушка, игрушка этакая весом всего-то в четыреста граммов. А на деле — смертельное в умелой руке оружие, способное в секунду отправить человека к праотцам или куда ему там ближе.

Шпага королевских гвардейцев Карла X, последнего Бурбона на французском троне: недлинное трехгранное лезвие со скупой гравировкой, прямо-таки игрушечный эфес с увенчанными короной тремя бурбонскими лилиями на щитке. Легонькая, изящная безделушка вроде бы, но достаточно сильной руке сделать выпад — и у любого богатыря, если оплошает, моментально высунется из спины добрые полметра окровавленного острого железа…

Стиснув губы, с застывшим лицом, заложив левую руку за спину, сделал несколько выпадов, проворно отступил, ударил сбоку. Он не забавлялся сейчас — и в самом деле представлял перед собой живого человека… Вот только никак не мог определиться насчет лица. Много там было лиц, в тумане — и ни одна рожа, если рассудить, недостойна благородной схватки на гвардейских клинках…

Вложил шпагу в ножны, вернулся в кабинет, наугад выдвинул ящик стола. Награды в коробочках, награды в твердых пластиковых конвертиках, награды, лежавшие просто так, кучкой.