Антикиллер-5. За своего…

Замок открылся с трудом, внутри пахло пылью и мертвым железом, лампочка не зажигалась – скорее всего, электричество отключили за неуплату. Поэтому он оставил ворота открытыми и при проникающем внутрь свете произвел беглый осмотр. Прошло полтора года с тех пор, как «фольксваген» заводили в последний раз. Машина покрыта толстым слоем пыли, задние колеса заметно приспущены. Боцман открыл капот. Здесь пыли было еще больше, к ней добавлялась паутина. Он поменял аккумулятор, долил масла, подкачал колеса. Сел за руль, повернул ключ зажигания. Весело зажглись огоньки приборной панели, двигатель нехотя провернулся, но завелся со второго раза.

Боцман вспомнил, как зажигал в этой машине с Иркой, как ее… Сейчас даже не помнил фамилию. Ирка, Ирка. А тогда казалось, что она цель всей его жизни, что у него к ней любовь всерьез и навсегда. Ревность, восторг, отчаяние, бешеный кроличьий трах вот на этих, уже порядком поистертых и пыльных сиденьях. Он и Питона-то завалил потому, что тот с ней спал, возил с собой на Кипр, слюнявил ее своими погаными губами… Если бы не это, он бы, может подумал, а действительно ли именно он заказал отца? И может, разобрался бы, что его просто подставляют. Но тогда Ирка все застилала – и ум, и рассудительность, и способность анализировать… Как же он был молод, мама родная. И как глуп! Был бы поумнее, может, послушался бы этого мента, Лиса, он давал хорошие советы. И тогда жизнь пошла бы по совсем иному руслу… Но что толку говорить о том, что было бы? Если бы да кабы, во рту выросли грибы…

Дежурившие на выезде из гаражей мальчишки за двести рублей вымыли машину снаружи и внутри – теперь она приобрела вполне респектабельный вид, только запах затхлости и застоявшегося воздуха остался. Прокатился по набережной, поднялся по Богатяновскому спуску. Тормоза держали отлично, двигатель работал ровно. Задняя подвеска постукивала на ямках, но это было и полтора года назад, не страшно."

"Пересек Магистральный проспект, доехал до ипподрома, повернул налево и, обогнув школу, заехал на Антенное поле. Когда-то здесь была окраина и стояла высоченная вышка городского радиовещания на двух рядах тросов-растяжек. Этого Боцман не помнил, знал только понаслышке. Но годы шли, город разрастался, радиостудию перенесли в район Райского Сада, рядом с телецентром, а огромный квадрат земли в самом центре оказался пустым и зарастал травой-муравой да злой амброзией до тех пор, пока не наступили новые времена, когда ничего не имело права стоять, не принося пользы тем, кто этим «ничем» управляет. Землю нарезали на участки и распределили, вроде бы бесплатно, «своим людям». И поднялись на бывшем Антенном поле частные особняки – от скромных коттеджей до настоящих дворцов.