Антикиллер-5. За своего…

Когда оружие появится, другое дело! Развернем снимки ствола, снимем следы со снарядов, запустим компьютерную идентификацию…

Поликарпыч – виртуоз экспертного дела, но он не любит говорить о работе. Тройная перегонка, родниковая вода, какие-то там особенности климата в Северной Ирландии, и правильно или неправильно ирландцы делают, что не обкуривают солод горящим торфом, – это его излюбленные темы. Ну, что ж, Лис его всегда внимательно слушает, изображает возвышенные душевные моменты. Он ровным счетом ничего не понимает в виски. Он предпочитает водку. Иногда коньяк. Но иногда приходится послушать эту лабуду. Ведь Вадим Поликарпович – это не самый тяжелый случай. Он всего лишь любитель виски. А не, скажем, раритетных авто, антиквариата или секса с малолетками. К тому же всегда есть возможность обогатиться новыми знаниями. Но сейчас он вникает в детали, и это показатель уважения к визитеру и понимания важности проблемы.

– …Короче, как медики нам снаряды пришлют, мы их сразу возьмем в работу. А сегодня я поговорю с «соседями», может у них совершеннее методики есть…

– И партию патронов быстро установите, – попросил Лис. – Гнедин зайдет, озадачьте…

– Да он заглянул днем. «Есть что-нибудь?» – «Нету». – «Ну ладно, будет – звякните!»

Поликарпыч махнул рукой:

– Гнедин в уголовном розыске все равно, что лед в стакане с виски! Лед – ни в коем случае. Пиндосы любят лед, но это пиндосы. Колу, соки всякие – в унитаз! – эксперт незаметно пересел на своего любимого конька. – Лимон абсолютно противопоказан, он убивает запах. Взболтни-ка. Чувствуешь?

Лис послушно сунул нос в бокал. Кажется, это уже не «Бушмилс». «Бушмилс» они уже прикончили. Но сивуха она и есть сивуха.

– Охрененно, – сказал он. – С коньяком не сравнить…

– Да-а…

Майор не был похож на полицейского: высокий, худой, в очках, которые увеличивали глаза настолько, что в них читалась постоянная задумчивость. Сейчас в глазах ничего не прочесть: он медитировал над бокалом, самозабвенно прикрыв веки. Он снова пересел на своего конька.

– Осенний лес, Филипп Михайлович. Бук, клен, что-то еще, не пойму… Море там, где-то в той стороне, – он махнул правой рукой. – Соленое, холодное… Возьми еще мидию, слышь? А вот солнышко пригрело, запахи раскрываются… Ага, мед пошел. И ванилька – тоненько так, прозрачно, будто стрекоза пролетела.

Позвонила Ребенок. Вадим Поликарпович сразу открыл глаза, неприятно поморщился. Это ошибка. Лис забыл, что, входя в этот кабинет, следует отключать телефон.

– Ну, что?! – рявкнул он в трубку.

– Я дома, – ответила она так, будто пришла домой умирать. – Уже восемь часов. Ты где?

– В Караганде. А что, мы договаривались о чем-то на восемь?

– Нет.

– Ужинай без меня. В «Папе Карло» сегодня рыбное меню.