Антикиллер-5. За своего…

Ящик ткнул фонарем ей в подбородок, развернул к себе.

– Трахаля твоего я прикопал, – сказал он. – И тебя прикопаю, если что. Поняла?

Он сел за руль.

– Погнали!

Они ехали неизвестно куда, просто – куда глаза глядят, подальше от ментов и вообще от людей. Дорога становилась все хуже, указатели попадались все реже, огни селений давно пропали с горизонта. Машины попадались редко, да и то все старые корчи с подслеповатыми фарами. Настоящая глухомань. Даже радио ловилось с помехами, хрипло каркало на волне местных новостей. Ящик вцепился в руль и, ссутулившись, гнал машину вперед.

– И что теперь? Так и будем в молчанку играть? – нарушила долгую паузу Елена Николаевна.

Отмахав еще пару километров, Ящик наконец разлепил рот:

– А чего говорить с вами, дурами…

– Куда мы едем?

Он утопил газ почти до предела. Барахло в багажнике будто ожило и непрерывно гремело на выбоинах..

– Подальше отсюда едем… Без разницы. Поставим палатку у какой-нибудь речки. Сховаемся до утра. А там дальше погоним.

Елена Николаевна вцепилась в поручень над дверью.

– А что с денежной бабкой?

– Забудь. Пацан сложился на раз. Язык в задницу – и двинул кони. А гестапо разводить времени не было… Не знаю я, где его бабка… Скорей всего, ее вообще не существует…

По радио стали передавать новости. Ящик сделал погромче, но, как назло, прием совсем пропал, голос диктора превратился в вой. Он двинул кулаком по панели, и радио смолкло.

– Значит, ни денег теперь, ни дома, едем фиг знает куда, – мрачно констатировала Светка.

– Точняк, – процедил Ящик сквозь зубы. – И бензин почти на нуле.

Он прошел закругление дороги, не убирая газ, по обочине встречной полосы.

– И все, блин, из-за тебя, твари малолетней… И твоего сопливого дружка…

Светка хмыкнула:

– А на хрена нам бензин, если на первом повороте мы все равно в кювет ляжем? Так хоть не взорвемся. Может, даже трупы опознают…

– Заткнись, дебилка."

"Заправку чуть не проскочили. Может, указатель был сбит, может, Ящик просто не заметил, распсиховался. Потом уже увидел красно-белые огни в зеркале заднего вида. Развернул машину, срезав бампером березку на обочине. Хорошо, не убил никого.

Это была старая заправка, еще советских времен. Ни броских автоматов, ни ярких прожекторов, ни кафе, ни магазина, ни заправщика в фирменном комбинезоне. Три покоцанные серые колонки – с соляркой, с девяносто вторым и девяносто пятым. Ржавая бытовка с надписью «Касса», под тусклой лампочкой, рядом переполненный контейнер, утонувший в мусоре, который не убирали, похоже, с восьмидесятых годов, в стороне – дощатая будка туалета. И ни души.

По привычке проклиная кого-то, Ящик прогремел наконечником в горловине бензобака и лениво направился к кассе. Мамочка пошла в туалет.