Антикиллер-3: Допрос с пристрастием

А что потом будет – одному Богу известно: может, все путем, а может – одного взорвут, другого застрелят… А тогда, спрашивается, зачем собирались?

В Тиходонске традиция сохранилась: и Черномор, и Крест считали, что лучше на сходке пар выпустить, чем по какой-то «непонятке» начинать мочилово. Следуя этому принципу, Крест и собрал внеочередную сходку у себя на даче, между конюшней, оранжереей и теннисным кортом. Вообще-то, пахан, «законник», должен жить скромно, чтобы братва не подумала, что он жирует на общаковские деньги… Может, поэтому Крест надел старые брюки, растянутый свитер и потертую рыбацкую куртку с капюшоном. Правда, четыре гектара земли, трехэтажный особняк в виде замка и выдающийся в Дон полукруглый причал, к которому могут пришвартовываться трехпалубные теплоходы, вряд ли укладываются в традиционное понятие воровской скромности. Но времена меняются, и замшелые понятия отмирают. У Креста большой бизнес, он хорошее бабло делает, ему не надо запускать руку в «воровское благо»… Другое дело, что раньше «законник» не мог превращаться в барыгу, а если все-таки превращался, то должен был снять корону. Сейчас такие мелочи никого не интересовали. Главное, что пахан «держит» город, дает всем возможность безбедно жить, сдерживает напор бандитов и ментов, поддерживает в общине порядок. Поэтому он может хоть весь город скупить и все равно будет в авторитете!

– Пацаны, у нас серьезная тема, – степенно произнес Крест, прохаживаясь перед собравшимися.

На летней площадке под легким навесом собрались два десятка воров, жуликов и козырных фраеров. Наиболее уважаемые и авторитетные удобно устроились в плетеных креслах или на раскладных стульях, молодняк сидел по-зоновски – на корточках или нервозно переминался с ноги на ногу, засунув руки в карманы и мусоля сигареты. Вокруг площадки с безразличным видом стояли личные «торпеды» Креста.

– Наш с вами брат предъявил, что его по беспределу объявили стукачом и чуть не пришили. Мы его хорошо знаем. Это – Клоп.

Взгляды присутствующих сошлись в одной точке. Клоп скромно сидел в углу. Выглядел он необычно торжественно: в новой одежде, чисто выбритый, будто собрался жениться. Но вору жениться не положено, а, в отличие от большинства собравшихся, он был настоящим вором. Многие успели отойти от дел, обзавестись «шестерками», внедриться в легальный бизнес. А он по-прежнему ходил «на дело» сам и этим добывал средства к существованию. У него не было ни машин, ни особняков, ни банковских счетов. Он жил как волк. И пришел к таким же волкам, пришел требовать справедливости волчьей стаи. Внешне он был совершенно спокоен и сейчас даже не выглядел старым – обычный кряжистый, много повидавший в жизни сорокалетний мужчина.