Антикиллер-2

Он был поменьше, чем у Хондачева, куда скромней отделан и обставлен, но стандарты ментов отличаются от стандартов банкиров, и по милицейским меркам кабинет выглядел вполне прилично, куда лучше, чем позволяет бюджетное финансирование. Тому имелось простое объяснение: помещения РУОПа ремонтировались за счет «Золотого круга». По нынешним временам это называлось спонсорской помощью.

– Присаживайтесь Филипп Михайлович, – озабоченно кивнул Нырков. Плотный, коренастый, с густыми черными волосами и такими же черными аккуратно подстриженными усами, он имел прозвище Колорадский Жук, или просто Жук. Прозвище дали бандиты, но поскольку милицейская и бандитская сферы связаны сотней ниточек и каналов, по которым информация циркулирует в обе стороны, то так называли его все, правда, за глаза.

Нырков сидел в торце длинного стола для совещаний, полгода назад он стал генералом и с тех пор полюбил форму – обычная «детская» болезнь, которая проходит вместе с ощущением новизны: когда шитая звезда отпечатывается в сердце, отпадает необходимость демонстрировать ее на погоне. Тщательно отутюженный генеральский китель резко контрастировал с видавшей виды курткой и клетчатой рубахой Литвинова, сидевшего первым по левую сторону стола.

Первый стул справа дожидался Коренева – по традиции каждый из начальников отделов всегда занимал одно и то же место. Коренев опустился на жесткое сиденье, пожал руку Волошину, подмигнул Литвинову и кивнул остальным пяти участникам совещания.

– Значит, ставим засаду с «живцом» по РД «Обочина», – сказал Нырков.

– К нам перевелся Попов из областного УР, сегодня выходит на работу. Помните? Восемьдесят девятый, «Трасса»? Очень сходная ситуация, тогда он сработал отлично! Парень честно заслужил свой орден.

– Да, один против двух бандитов, застрелил обоих, – кивнул Коренев. – Можно ставить его старшим группы.

Волошин шевельнулся:

– Я вроде тоже «живцом» ходил...

Коренев неловко осекся. Алексей работал по «Прыгающим теням», получил два ножевых, но заломал гада. Свою «Красную Звезду» он почти не надевает, а шрамы всегда при нем...

– Кто спорит, Леха? Но ты постарше, зачем самому лезть?

Тот пожал плечами:

– Так, значит, так. Мне все равно.

Нырков посмотрел с удивлением, да и Коренев запнулся от неожиданности. Открыто выражать безразличие к службе может только предельно уставший от нее человек, настроившийся уйти в любой момент. А выслуга у Алексея есть уже давно...

– Пусть старшим идет Волошин, – подвел итог Колорадский Жук. – Он знает людей и дело знает лучше Попова...

– Есть, – Волошин равнодушно кивнул.

Оперативка шла как обычно: Нырков ставил задачи, задавал вопросы по взятым на контроль делам, но Коренев чувствовал, что о главном генерал пока молчит.