Антикиллер-2

Это первая попытка. Хотя ясно, что отказа не будет, девочка любит это дело.

И все же сердце колотилось. Они занимались любовью весь вечер, после последнего раза у нее даже не было сил пойти помыться, но сейчас, когда воля девушки скована сном и ответного волеизъявления не происходит, в сексе появился элемент новизны, обостряющий чувства и усиливающий возбуждение. «Беспомощное состояние»... Один из элементов изнасилования... И как ни странно, он стимулирует желание! Сейчас все понарошке, никакого изнасилования здесь нет, это игра, но отчего она такая увлекательная, когда в обоюдном акте за двоих действует только один человек?

Неужели в каждом мужчине сидит насильник? Лису часто говорили это схваченные «на горячем» любители «клубнички». Они вроде бы хотели преуменьшить свою вину: если такова природа, то против нее не попрешь, с каждым может случиться... А он всегда поступал с ними одним и тем же образом, без всякого понимания, сочувствия и снисхождения, Даже тогда, когда объективной необходимости; буцкать их и не было: это уже выходило за пределы раскрытия, просто шло переубеждение, воспитательный процесс, хотя и не входящий в функции уголовного розыска. Но опера ведь тоже люди...

Однажды то же самое сказал врач-психиатр, емуто не было необходимости в чем-то оправдываться, он ссылался на Фрейда, приводил многочисленные примеры из жизни исторических фигур и был довольно убедителен, но, когда он ушел, Лис переглянулся с капитаном Макаровым, и они одновременно покачали головами.

– Фигня все это...

Оказывается, не такая уж и фигня... Он наконец сделал то, что хотел – шлагбаум больше не мешал, оставалось подобраться вплотную и пристроиться, вроде как всегда, но на самом деле по-другому: без спросу. Лис поймал себя на том, что ему интересно обойтись без второй воли и одному распорядиться за двоих, цель уже близка, хотя тут каждый сантиметр являлся существенным препятствием, а каждое движение могло спугнуть, разбудить... Сейчас он этого не хотел.

Ритм дыхания Ребенка изменился. Лис замер, как Киршев, выслеживающий женщин в черных колготках. Его феномен толковали по-разному: мол, черные чулки стройнят ноги и делают их привлекательней, тот же психиатр малопонятно объяснял, что актуализируется установка, заложенная в раннем детстве и связанная с обтянутыми черным женскими ногами. Выдвигалась и самая простая версия: черные колготки были в моде, и в них ходили почти все, причем неоднократные обращения к модницам по радио и телевидению успехом не увенчались: носить опасную деталь туалета не перестали. Впрочем, несколько раз Киршев нападал и на женщин в прозрачных чулках, хотя журналисты умалчивали об этом факте, разрушающем целостность образа маньяка, защитившегося исключительно на черных колготках.