Антикиллер-2

Джафар отполз, потом побежал, сильно пригибаясь к земле. Достаточно отдалившись от здания, он выпрямился и перевел дух; Но туг же вой сирены заставил его вновь пригнуться и завертеть головой. К больнице под мигающим синим маячком несся автобус СОБРа. Джафар достал платок, быстро обтер пистолет и сунул в щель между железобетонными плитами, грудой наваленными в ожидании какого-то строительства. Затем быстро, но без паники пошел к забору и перелез через него как раз в тот момент, когда автобус въезжал во двор больницы.

Через несколько минут одетые в бронежилеты и черные маски собровцы взяли ситуацию под контроль. Убитых и раненых поскладывали у стены, уцелевших положили мордами на асфальт. Тех, кто успел выбежать во двор, преследовали так же неотвратимо и целеустремленно, как гончая травит зайца. Фигура с черным лицом довольно быстро сокращала дистанцию и в прыжке сбивала преследуемого наземь, так что в себя он приходил минут через пятнадцать.

Кроме Джафара, сумели уйти Север с Гришкой и Шакал. Однако и остальных задержанных освободили: кого через три часа, кого – через трое суток. Оружие все успели выбросить, признательных показаний никто не давал, получалось – преступников среди них нет, одни потерпевшие. Обессилевшая за последние годы Фемида снисходительно поверила в объяснения о беспричинном нападении неизвестных. Вдвойне не повезло шестерым убитым: на них и взвалили ответственность за нападение...

А Джафар, добравшись до дома, собрал своих ближайших соратников и на Коране поклялся отомстить врагам. Весть об этой клятве быстро распространилась по Тиходонску и всерьез озаботила братву. Все знали Джафара и знали, что такими клятвами не шутят.

Глава четвертая.

НРАВЫ УГОЛОВНОЙ СРЕДЫ

Я к вам пишу – чего же боле?

Что я могу еще сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать.

Но вы, к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня,

Вы не оставите меня.

Из письма Татьяны к Онегину. А. С. Пушкин

В любой сфере человеческой жизнедеятельности существует множество достаточно устойчивых нравоучительных сентенций, изначально предполагаемых правильными, но на самом деле таковыми не являющимися. В юриспруденции к ним относятся утверждения типа: «Жестокость наказания не способна предотвратить преступление», «Смертная казнь – нарушение прав человека», «Преступники – такие же люди, как и все остальные»...

В основе перечисленных высказываний лежат прекрасные человеколюбивые чувства и высокоидейные побуждения, они подкрепляются аморфными, расплывчатыми и малоубедительными аргументами и никем не подтвержденными фактами, например, таким, что в средневековом Париже воры-карманники якобы активно опустошали карманы горожан, собравшихся поглазеть на казнь очередного разбойника.