Антигерой (СИ)

Девочка неумела, ещё наивна, неопытна, но провоцирует, не понимая, что это ее уничтожит. Нет, не сейчас, позже, возможно, уже завтра или послезавтра.

— Кажется, я должна тебе желание, которое ты обещал озвучить вечером, — шепчет она мне, лаская губами мою скулу, запуская ладони под мой пиджак, немного царапая грудь. Мышцы напрягаются, тело реагирует мгновенно, член наливается, ноет, руки покалывает от желания разорвать чёртовы тряпки, которые мешают любоваться ее ещё таким невинным телом.

— Желание, говоришь…

Надо признаться, я гребаный слабак. Не могу от нее отказаться.

Не могу!

— Тебе не понравится мое желание, — вскидываю руки, зарываюсь в ее волосы, сжимаю, фиксируя. Все, мозг окончательно отключается.

Меня нет.

Есть только дикая, необузданная тяга к этой чистой девочке.

— Я хочу тебя на коленях, — аккуратно тяну ее волосы вниз, указывая направление. — Я хочу твою помаду на своем члене, — голос окончательно хрипнет. Рада распахивает глаза, теряясь. Это должно ее напугать, но, мать ее, я не вижу страха, только растерянность и неопытность. — Это мое желание за ответы. Но ты можешь отказаться. Сказать «нет», и твои долги обнулятся.

Даю ей шанс все прекратить, возненавидь меня за грязные желания. Но девочка им не пользуется, снова мне доверяя. И это заводит еще больше!

— Я никогда этого не делала, — шепотом признается она.

— Пойдем, — хватаю ее за руку и тяну в гостиную, чтобы сделать это не на пороге прихожей. Не могу с ней, как с потаскушками. Потому что даже в этой ситуации Рада чистая и непорочная, искренняя, в отличие от меня.

Глава 20

Глеб

Когда огромные невинные карие глаза смотрят на меня, словно на Бога, крышу сносит окончательно. Во мне просыпается что-то очень темное и необузданное. Оставляю девочку посредине комнаты, включаю напольный светильник, медленно расстегиваю рубашку, снимая ее с себя. Дико нравится, как девочка наблюдает за мной, кусая губы. Такая маленькая любопытная лиса, готовая со мной на все. Это пиздец как подкупает.

Откидываю рубашку на пол, падаю в кресло, расслабленно откидываясь на спинку, расставляя ноги. Рада издает судорожный вдох и прикрывает глаза. Ей страшно, но парадокс в том, что страх ее заводит.

— Раздевайся, детка. Хочу посмотреть, — голос садится, вибрируя от возбуждения. Нет, я не упиваюсь властью над ней. Но покорность заводит.

— А… — пытается что-то сказать.

— Тихо, просто делай все, что говорю. Такая игра, детка. Это возбуждает, — вынимаю сигареты, прикуриваю одну, выпуская дым в потолок.

Кивает, послушно дергая шнуровку на блузке. Черт, на мгновение прикрываю глаза, усмехаясь. Девочка хоть и неопытна, но в ней нет присущей жеманности и скованности.

Открываю глаза, курю, наблюдая, как она справляется со шнуровкой, распахивая блузку.