Антигерой

— Прости, ваза тоже пала смертью храбрых, — усмехаюсь я.

— Ох…

— Поставим пока в банку, — вынимаю из нижнего шкафа большую банку, наполняя ее водой, ставя на подоконник. Рада сама опускает в воду цветы, аккуратно их распределяя, словно это что-то ценное.

— Хочешь чаю или кофе? — указываю на кофемашину, которую когда-то купил специально для нее. — Хотя нет, кофе теперь противопоказано. Может, сок?

— Может, сок, — повторяет Рада. Пока я достаю стакан и наполняю его соком, девочка уходит в гостиную. Мы такие осторожные сейчас, будто, если сделаем резкое движение, то все рухнет.

Беру сок, иду в гостиную. Рада сидит на диване, поджав под себя ноги. На том самом диване, на котором я ее лечил, любил и любовался ей.

Протягиваю стакан, наши пальцы соприкасаются, и это как удар током, одновременно отдергиваем пальцы, стакан падает, заливая ее бежевое платье.

— Черт, прости! — подхватываю стакан.

— Нет, это я… такая рассеянная стала последнее время, — оправдывается Рада, поднимаясь с дивана."

"— Снимай его, — указываю на платье и иду в спальню за своей футболкой. Да, меня греет мысль, что девочка снова наденет мою футболку, хотя в моем шкафу лежат ее вещи. Я много что уничтожил в момент отчаяния и невменяемости, но ее вещи не смог.

Возвращаюсь, Рада так и стоит возле дивана в облитом платье. Подхожу вплотную, хватаю подол ее платья и сам его снимаю. Не сопротивляется, помогая мне ее раздеть.

Ммм, мать вашу, ее нежное тело… Грудь в простом белом бюстгальтере, трусики, ножки. Сглатываю, но помогаю ей надеть белую футболку. Рада снова садится на диван и отворачивается к окну.

— Сейчас принесу еще сока, — беру стакан, иду в сторону кухни.

— Глеб! — останавливает она меня, оборачиваюсь. — Мне не нужен сок, мне нужен ты. Иди сюда, — зовет меня.

Натянутая струна обрывается, ошпаривая меня горячей волной эмоций к этой девочке.

Разворачиваюсь, отставляю стакан па подоконник, в два шага преодолеваю расстояние между нами и сажусь перед Радой на пол. Обхватываю ее ноги и утыкаюсь лицом в ее колени. Дышу, дышу, дышу… Да, я дома, теперь все на месте. Я чувствую ее запах, тепло, и мы, как никогда, близки.

Я взрослый мужик, намного старше девочки, но она моя слабость и мое уязвимое место. Я у ее ног.

— Рада, — выдыхаю в ее колени, целуя их, чувствуя, как ее теплые пальчики перебирают мои волосы. — Девочка моя… — задираю футболку и вожу губами по ее животу. — Прости меня. Теперь все будет иначе… — задыхаюсь, не находя слов.

— Я жду ребенка… — она понимает, что я знаю, но произносит это вслух.

— Это замечательно. Я в шоке, но в хорошем смысле этого слова.

— А я боюсь… — шепчет она мне. Очень, очень боюсь.

— Чего? — поднимаю голову, заглядывая ей в глаза.

— Всего…

И тут меня накрывает осознанием, что она девочка еще.