Только с тобой. Антифанатка

Слава Богу, «Лорды» улетели рано утром, хотя планировали сделать это только ночью. Видимо, в этом городе им совсем не понравилось, несмотря на шикарный концерт. Впереди их ждали еще несколько российских городов.

«Вечером Вадим освободиться, – думала Марина, глядя на проносящиеся мимо дома и деревья. – И мне нужно будет успокоить его. Ужин, массаж, ночь вдвоем – мой хороший точно не устоит. А ты, Наташенька, найдешь себе кого-нибудь другого».

Глава 13

Я проснулся через час или полтора после того, как закрыл глаза, от противного писка телефона. На мой личный номер, который был известен ограниченному количеству людей, пришло сообщение. И я вслепую стал шарить по кровати, не поднимая головы с подушки.

Веселились мы вчера долго – я вырубился часа в три, не раньше. Часто я засыпал с какой-нибудь красивой девочкой в обнимку, но вчера никого к себе не подпускал, даже Элизабет. Почему? Не знаю. Все казались мне неинтересными. Пресными. Слишком развязными. Я задумчиво смотрел на приватный танец стриптизерши, и мне было все равно, что она почти обнажена, что зазывно улыбается мне, вертя задом, что хочет меня – это было видно невооруженным взглядом.

Мне было скучно. Все надоело. То ли из-за рыжей чертовки, которая так расстроила меня своим поступком. То ли из-за того, что где-то в этом сером городе жила моя Катя."

"Катя – моя любовь[3]. Обычная девушка из необычной семьи. Нежная, светлая, чистая. Но выбрала она не меня, и как бы я ни пытался сделать ее своей, она не поддавалась. Встречалась с другим. Любила другого. Парня из группы, которую я продюсировал. Парня, которого я сделал знаменитым. Парня, которого считал кем-то вроде своего брата.

Я привык, что всегда и все выбирают не меня. Это был мой любимый комплекс, и мой психотерапевт (в Лос-Анджелесе модно иметь своего психотерапевта) говорил мне, что это все комплекс неполноценности, идущий из детства, который я должен прорабатывать. Я возражал ему. Что прорабатывать, извините? Я успешный. Я суперзвезда. Я состоялся как личность. У меня есть деньги, есть слава, есть все, о чем другие только мечтают.

«И нет любви», – сказал мне Итэн как-то, тонко улыбаясь. Итэн – это, собственно, и есть мой психотерапевт. Порекомендовал мне его Октавий, у которого, в отличие от меня, реально в голове понос.

Меня действительно никто особенно не любил. Ну, за исключением фанатов, конечно же. И друзей. А вот женщины – мать, первая любовь, моя Катя… Они все выбирали любить кого-то другого.

Ладно, признаю. Если у Октавия в голове был понос, который нужно было вычерпывать ложками, то у меня – темный лес, в котором легко можно было заблудиться. Даже Итэну было со мной сложно, хотя он вел много звездных клиентов.

В общем, заснул я один.