Только с тобой. Антифанатка

Я смотрела на них, и мне тоже хотелось оказаться там, внизу, в толпе этих радостных людей, предвкушающих едва ли не самое главное музыкальное событие в своей жизни, но я должна была быть здесь, внутри, в этой крепости, чтобы помочь устроить шоу, которое они так ждали. И не беда, что я стою со шваброй в руке. Несмотря ни на что, я чувствую свою значимость! Я – одна из тех, кто организовал все это. Я боролась за это. Я занималась всем, чтобы этот день настал. Это все и я в том числе. Долгие месяцы подготовки и переговоров лежали в том числе и на моих плечах. Я не бесполезная идиотка, у которой нет причин, чтобы жить – лишь пара причин, чтобы существовать.

Мне необходимо было чувствовать себя полезным человеком. Мне не нужна была слава, и даже деньги играли второстепенную роль. Здесь, в небольшом концертном агентстве, я нашла себя. Я делала, что было нужно другим.

– Спасибо за эту возможность, – прошептала я, взглянув в густое синее небо, опаленное майским солнцем.

Я умела быть благодарной небу.

В пять часов начали запускать людей. В шесть, разумеется, концерт все еще не начался – это была классика жанра. Но не потому, что музыканты или организаторы были мерзкими идиотами, которые хотели поизгаляться над поклонниками и заставить их подождать подольше. За год моей работы я сделала простой вывод. Часть зрителей приезжает в клуб или на стадион не заранее, а за двадцать, порою и пятнадцать минут до начала выступления. На входе возникают огромные очереди – проходить нужно через досмотр, и делается это не так уж и быстро. Поэтому концертный зал наполняется медленно. А исполнитель должен начать выступать, когда хотя бы девяносто процентов купивших билеты находятся на своих местах. А лучше – все сто процентов. Именно поэтому выступают группы на разогреве. Кстати, у Red Lords это была привезенная из США молодая рок-группа, хотя я слышала, как Вадим обсуждал с кем-то, что «Лорды» изначально запросили себе на разогрев другую команду – нашу, отечественную, «На краю». Но те, разумеется, послали их к чертям собачьим. У них был не тот уровень, чтобы выступать на разогреве.

Я не могла попасть в зрительский зал – должна была находиться за сценой, но, клянусь, у меня по рукам поползли мурашки, когда музыканты прошли мимо меня на сцену в сценических образах. Они больше не были обычными – и такими их делали не профессиональный грим, мрачная концертная одежда и музыкальные инструменты. Такими их делал особый дух, витающий в воздухе. Дух свободы и музыки. Дух бунта, живущий в каждом из нас. Дух творчества. Их дух. Созданный ими. Их песнями. Их поклонниками.

Все шестеро музыкантов прошли совсем рядом со мной, и я смотрела на них широко распахнутыми глазами.