Антиблокада (СИ)

Порядок в тылах армии был наведён решительно и быстро. Сказывается опыт большинства бойцов и командиров дивизии. В ночь на 4 апреля снайпера фронта собрались в Возрождении. Короткая постановка задачи. С командирами команд мы работали все эти дни. Цели были распределены. Началась операция ""Тишина"". Танкоопасных направлений всего три, как считали финны, а к пехотной атаке они считали себя готовыми. Через четыре часа командиры доложили по радио о готовности на всём участке от Шеменичей до деревни Подпорожье. Вышли на связь танкисты 122 бригады с правого фланга, пять САУ ""238"" готовы в центре и 46 бригада сосредоточилась у Яндебы. Короткую артподготовку провели только у Шеменичей, сразу после восхода солнца. Моряки 69 и 3 бригады морской пехоты, и стрелки 272 дивизии поднялись в атаку, поддерживаемую танками. А снайпера работали по всем целям, находясь впереди атакующих. Такого плотного и точного огня финны не ожидали. Большинство немецких орудий было повреждено, а САУ расстреливали с безопасных дистанций доты и пулемётные точки. Тяжёлые КВ с противоминными тралами и волокушами с пехотой ворвались в Шеменичи, оттуда пехота растеклась по укрепрайону на высотах вокруг Свирьлага. К одиннадцати часам снайпера начали менять позиции, охватывая Свирьлаг. Огонь по посёлку и предмостью был таким, что посёлок казался вымершим. Подошедшие танки и САУ расстреливали всё внизу. К трём часам над одним из бункеров затрепетал белый флаг. Однако, вышедшие парламентёры, как финские, так и наши, были обстреляны с финского берега. В этот момент финны попытались взорвать мост через Свирь. Но, сработал только один заряд на их берегу. Схему минирования моста нам сдал Тикконен. Мост был повреждён, но не упал. И по нему рванулась наша пехота и средние танки. Командующий осуществил свою мечту: у него плацдарм на правом берегу и почти целенький мост."

"Мы наблюдали финский берег, когда подъехали Гореленко и Евстигнеев. Через стереотрубу было видно, как удирают финны от морских пехотинцев. Пытающиеся огрызнуться пулемёты получали свою порцию свинца и разрыв снаряда под станком или сошками. Капраз Верховский, как последний боцман, крыл матюгами, выражая восхищение работой снайперов, а татарин Фадых Гарипович, командир 272 СД, орал по телефону, подтягивая артиллерию на сопки. Дело сделано! Горячий ствол я опустил на бруствер, и устало откинулся на него.

- Спать. Спать хочу!

- ""Иволхха""! Иди сюда, стервец! - с хохляцким акцентом, раздалось неподалёку. Коротышка Филипп Данилович пёр на меня, распахнув широко руки. - Дай я тебя, голуба, расцелую!

""Песец!"" Как хохол, так ""Леонид Ильич!"". Облобызал он меня, троекратно. Всю морду обслюнявил. Но, было приятно. Дело сделано!

- Товарищ генерал! Его ещё удержать надо, этот хренов плацдарм.