Аномальщик

Её же кителем накрыл нас сверху, а под ним укрыл девушку с боков своим.

— Вот так не замёрзнем, — я ещё поправил наше укрытие, чтобы щелей не было. — Наваливайся и расслабься, не съем.

Мы помолчали. Майя навалилась, и правда расслабилась немного. Я её пристойно обнимал за талию. Как будто на мотоцикле едем, только я пассажиром.

— Ну что такое? — не выдержал я минут через пять такого молчания. — Переживаешь?

— Угу, — буркнула Майя.

— Слушай, ну мы слушали приятную музыку, немного увлеклись, с кем не бывает. Ничего же не было, в конце концов!

— Угу.

— Тебе было неприятно находиться рядом со мной? — я спрашивал негромко, мало ли, вдруг камеры со звуком. — Может, и сейчас неприятно?

— Приятно… — призналась она, — это и пугает.

— Ну дак если приятно, — я улыбнулся своим мыслям, — расслабься и получай удовольствие!

— Это как-то…

— Странно? Поспешно? Неправильно? — предложил я ей варианты.

— Неожиданно, — уточнила она и, наконец, расслабилась, откинув голову мне на грудь. — Неожиданно и уютно.

— Ну и что мы будем с этим делать? — спросил я спустя минуту.

— Ты же сам сказал расслабиться! — Майя повернула голову, я и увидел, что она улыбается. — Тебе удобно? А то я тяжёлая ведь.

— Вполне удобно, и ты совсем не тяжёлая. И вообще, — я наклонился к самому её уху и продолжил шёпотом, — остался наедине с такой обворожительной красоткой, так что грех жаловаться.

Майя вздрогнула.

— Как-то мне вдруг жарко стало, — сказала она.

А я почувствовал себя в тупике. Как себя вести? Не удивляюсь, если при благоприятных условиях мне удастся её уболтать. Но это правда всё усложнит. С другой стороны, отказывать себе в небольших удовольствиях тоже как-то глупо. Девушке любопытно, она не против… кажется.

— Ты, наверное, первая, кому здесь жарко стало, — прошептал я ей на ушко.

— Прекрати, не делай так, — попросила она едва слышно.

— Не делать как? — спросил я, направляя дыхание чуть ниже, на шею.

— Вот так, пожалуйста, не дыши, — она глубоко вздохнула, — это слишком приятно, у меня мурашки по всему телу!

— А так? — я провёл пальцами ей по животу, через футболку, едва касаясь.

— Садист… — ответила она, — нельзя так над бедной девушкой издеваться! Я докладную напишу!

— Скажешь, что пристаю? — усмехнулся я.

— Нет, об этом не скажу, — она повела плечами, — могут же у нас быть свои маленькие тайны?

— Могут, конечно, — я коснулся губами мочки её уха, и она дёрнулась, как от электрического разряда. — Например, что у тебя очень чувствительные ушки.

— Я тебя убью, Неверов, — прошептала она. — Прекращай, иначе я за себя не отвечаю!

Ага! Вот оказывается, как!

— Хорошо, как скажешь, — я дотронулся губами до шеи и слегка царапнул её зубами.