Аномальщик

— Вроде ребёнок плачет? — спросила Майя на бегу.

— Да, слышу, — кивнул я и поднажал.

Мы завернули за угол и остановились.

— Тьфу, чёрт, — сплюнул я. — И стоило так бежать!

Енот наш сидел на заднице и растерянно наблюдал, как молодая мама пытается укачать младенца, ревущего в коляске.

— Да уж, происшествие века, не иначе, — улыбнулась Майя.

Принюхавшись, я понял, в чём проблема.

— Девушка, он у вас обкакался, — авторитетно заявил я, подходя ближе к коляске.

— Да что вы говорите! — та раздражённо обернулась в мою сторону. — Зубы у него лезут, вот и капризничает!

Она, тем не менее, заглянула в коляску. Ребёнок, поняв, что мама сейчас во всём разберётся, мгновенно успокоился.

— Ой, и правда! — девушка смущённо выглянула из-под накрывающей короб коляски сетки. — Спасибо!

На Чарли она даже не взглянула.

А мы отправились гулять по городу.

— Давай на обед всё же вернёмся в часть, — предложил я. — А то даже поесть не на что, все деньги остались в учебке.

— Я с планшета могу оплатить, — пожала плечами Майя, и, заметив моё выражение лица, сразу добавила: — И не спорь! Даже не думай! Ты меня угощал, теперь моя очередь! И вообще, ты мне жизнь спас! Откажешься — я обижусь!

— Так, давай только без тяжёлой артиллерии! — улыбнулся я.

— Ладно, обижаться не буду, это правда как-то по-детски, — покладисто согласилась Майя, сразу поняв, о чём это я. — Но ты ведь не против, правда?

— Ну хорошо, — развёл я руками, — уговорила!

Пообедали мы, конечно, не в ресторане, а в обычной столовой. Кассирша сперва хотела отказать нам в обслуживании, мол, с животными в столовую нельзя, но мы, показав приказ об увольнительной, убедили её, что Чарли — служебный енот. Потом она не сразу сообразила, каким образом Майя хочет оплатить три полных подноса, но всё же разобралась. Похоже, и здесь прогресс по части безналичной оплаты на месте не стоял. Ведь так государству куда легче отслеживать, на что граждане тратят честно заработанные, и у кого появляются заработанные нечестно.

А еды мы набрали реально на пятерых. Из-за того, что организм восстанавливался стахановскими темпами, он постоянно требовал ресурсы в оптовых количествах. Я не очень понимал, как всё съеденное входило в меня, но ещё больше удивляло, как это входило в Майю.

— Ну что, куда пойдём? — спросила напарница, когда мы уже с некоторой ленцой добрались до компота.

Привычка есть быстро никуда не делась, и всё набранное мы смели минут за десять, не сильно разбираясь, что едим, главное что мясо.

— Предлагаю пойти на пляж, — я выглянул в окошко, — смотри, какая погода! Когда ещё возможность появится?

— Эмм… ты ведь в курсе, что у меня из вещей только то, что на мне? — растерялась Майя.