Три Анны

Дальше – больше, мама исправно помогала поэту, редактируя его тексты и сочиняя музыку, а он выхлопотал нам паёк и переменил мелкобуржуазную фамилию Цветков на пролетарскую Кумачёв. С его появлением наша жизнь резко изменилась в лучшую сторону, поэтому, когда он предложил маме выйти за него замуж, она не стала раздумывать, опасаясь, как я думал, снова оказаться в подвале."

"Много позже, перед самой смертью, мама призналась мне, что главным в её решении был не страх нищеты, а осознание опасности Кумачёва. Она поняла, что он человек мстительный и если мама откажется от него, то способен сделать нашу жизнь невыносимой. Так мы жили втроём почти десять лет.

Я вырос, поступил в институт. Когда я перешёл на третий курс, мама умерла от воспаления лёгких, простудившись на новогоднем концерте в лёгком платье. Кумачёв женился на Ираиде, ну а дальше ты всё знаешь, – закончил свой рассказ Константин и поцеловал Аню в заплаканные глаза.

Образ Кумачёва, нарисованный мужем, не вызывал у Ани симпатии, поэтому трудно было сказать, что ей было слишком жалко арестованного или она болела душой за несчастную Ираиду, мечущуюся по городу в поисках помощи, но гнетущее чувство опасности не оставляло.

В продымленном заводскими трубами ленинградском воздухе носилось нечто тревожное, такое, что заставляло людей забывать о недавнем улучшении жизни и насторожённо следить за последними новостями. Шла война в Испании, в Германии начали шевелиться фашисты, а советские газеты почти ежедневно сообщали гражданам о раскрытых заговорах внутри страны. Имена заговорщиков звучали совершенно невероятно.

– Прошли те времена, когда могли арестовать невиновного, – убеждали себя жители, в ужасе узнавая по радио, как известные на всю страну люди объявлялись японскими шпионами, подосланными убийцами или троцкистами.

Ещё несколько лет назад Лев Давыдович Троцкий считался ближайшим соратником Ленина-Сталина. И вот на тебе…

Определение троцкизму дал сам Иосиф Виссарионович на пленуме ВКП(б).

«…современный троцкизм уже не политическое течение в рабочем классе, а беспринципная и безыдейная банда вредителей, диверсантов, разведчиков, шпионов, убийц, банда заклятых врагов рабочего класса, действующих по найму у разведывательных органов иностранных государств».

Запуганным людям порой казалось, что враги таятся за каждым углом, а особо впечатлительные граждане активно включились в охоту за вредителями, искренне считая, что они спасают Отечество от вражеских происков.

– Вредители на хлебокомбинате недопекают хлеб, чтобы у пролетариев сделалось несварение желудка, – взахлёб сообщила Ане румяная раздатчица на молочной кухне, куда она ходила получать кефир для Волика.