Белые искры снега. Анна Джейн

А я, как-никак, - тут он позволил себе премило, непринужденно и даже чуть-чуть извиняющее улыбнуться, - президент школы.

- Никто из твоих одноклассников ничего не узнает. А если ты президент, - я с усмешкой выделила это слово, - школы, то на тебе лежит ответственность. Ведь тебя выбрали люди, так?"

"- Ну, предположим, так, - изящным жестом убрал Яр волосы со лба назад, видимо, порою даже не особо понимаю, насколько артистичными бывают его движения. Мой взгляд почему-то зафиксировал выступающую косточку на запястье, чуть ниже которой висел простой черный резиновый браслетик.

- Тогда перед кем несешь большую ответственность – перед беззащитным человеком, которого обидели, или перед теми, кто обидел, но боится наказания? – с некоторым трудом оторвала я взгляд от его руки. Теперь я смотрела прямо в светло-зеленые глаза, в которых тонуло беспокойство.

Ярослав поерзал на стуле, вытащил руки из карманов, постучал по колену, потер шею. Ситуация его не устраивала, а остатки совести настойчиво барабанили в дверь с табличкой «Центр принятия решений».

- Просто скажи, что произошло с Полиной Масловой. Ее опять доставали ваши штатные барби? – очень непедагогично назвала я учениц.

Зарецкий повеселился, услышав про барби, и соблаговолил, наконец, открыть рот:

- Ты…. Вы же более чем прекрасно понимаете, Анастасия Филипповна, что практически в каждой социальной группе есть индивиды, которые позволяют издеваться над собой? В нашей школе это не так ярко выражено, но все же имеет место быть, Анастасия Ололоевна. Полина, - тут он понизил голос, видимо, опасаясь, что Маслова сможет услышать его, - девушка нормальная, но постоять за себя не в силах. У нас нет травли, как таковой, но класс разделен на несколько частей, и та часть класса, к которой принадлежат, как вы выразились, барби, позволяет себе вольности по отношению к той части класса, к которой принадлежит Полина. Она нормальная, - вновь повторил он, медленно поглаживая большим пальцем подушечки остальных. – Умная, творческая, все такое. Но если к ней цепляются, не может постоять за себя. А я контролировать весь класс постоянно не могу, - он посмотрел на меня так сердито, как будто бы именно я виновата в том, что Зарецкий не может сдержать своих одноклассников. – И я не нянька. Я и так помогал, сколько мог.

Это звучало как оправдание.

- Ничего особенного сегодня не произошло, Анастасия Куровна, - его наглость уже зашкаливала, но я все равно оставалась спокойной, понимая, что сейчас мальчишку лучше не перебивать, иначе он мне потом ничего не расскажет. – Просто девчонки взяли дневник Полины и стали читать вслух. А она там в любви признавалась.

Я с удивлением заметила, что обычно бледные щеки парня слегка тронула розовая пудра смущения, даже шрам на скуле стал более виден.