Белые искры снега. Анна Джейн

А вот внутренне девушка изменилась достаточно сильно – Август прекрасно видел это. Он вообще видел такое, что неподвластно было человеческому взору и далеко не каждому взору магическому – не зря же он был кавалером пятого круга Ордена и очень сильным магом, которому с легкостью открывались многие тайны волшебного мира. И видел он мир так же необычно, как Настя, после того, как выпила «Перунов цвет», жидкие чары, которые помогли отобрать у девушки час ее жизни. Только для Насти это было словно необыкновенный чудной сон, а для Августа – реальностью и совершеннейшей нормой. К которой он привык.

«А командор затейник», – подумал Август, любуясь снежным серо-белом сиянием, окутывающим Настю, в котором то и дело вспыхивали аметистово-фиолетовые и зеленые нежные волны, между которыми бежали вертикальные геометрические узоры цвета персидской сини - мало какой человек мог похвастаться таким же.

Анастасия села в машину к Меркурию и уехала, а Август еще некоторое время наблюдал за заснеженной улицей – ему очень нравился вид из окна его кабинета. Единственное, что пришлось не по душе этому магу с утонченным вкусом, так это юный дух, зависший напротив дома, который, однако, тотчас исчез, стоило Августу перевести на него взор васильковых глаз. Соприкасаться с поданными царства мертвых маг терпеть не мог, поэтому остался удовлетворен тем, что призрак исчез.

В этот же момент дверь в кабинет отворилась, неохотно впуская в комнату свет из коридора – на пороге появилась высокая широкоплечая фигура Тимофея Реутова. Он, подслеповато щурясь, вошел в кабинет и осмотрелся.

- А я вас ждал, командор, - не оборачиваясь, произнес Август.

- Если ждали, князь, могли бы и включить свет.

В отличие от Августа Настин дядя не любил сидеть в темноте и рассматривать вечернюю улицу, предаваясь воспоминанием и размышлениям. То ли для него эта была бесполезная трата времени, то ли непозволительная роскошь.

Август повел плечами, шепнул что-то, и мягкий не настойчивый желтый свет полился из хрустальных жирондолей, горделиво стоявших на геридонах – изящных столиках на одной ножке. Верхний свет хозяин дома включать не стал и жестом пригласил гостя сесть на один из стульев со спинкой в форме овала и прямыми, сужающимися к низу ножками – такие обычно называются французскими стульями. Как только Тимофей сел, Август опустился в точно такой же стул напротив – мужчин разделял только лишь изящный столик с круглой крышкой.

- Свет включен, начнем разговор? Помнится, вы хотели дать комментарии, - сказал Август почти теплым тоном, хотя в глазах его тепла не было – скорее, холод снега за окном. – Или, может быть, сначала вы желаете чего-нибудь выпить?"

"- Нет, не желаю. Не располагаю временем, увы, - тотчас отказался Тимофей.