Анна Болейн. Страсть короля

Она слышала только об одном оправданном по такому делу.

– А что с господином Уайеттом и господином Пейджем? – спросила она.

– Насчет них никаких приказаний не поступало.

В день суда Анна была на грани отчаяния и беспрестанно посылала узнать, не вернулся ли Кингстон. Ближе к вечеру он явился. При виде его мрачного лица Анна начала опасаться худшего.

– Скажите! – взмолилась она. – Их признали виновными?

– Всех, – произнес констебль и сглотнул.

– В чем?! – вскричала Анна.

– Я не могу обсуждать вердикт с вашей милостью.

– Тогда, по крайней мере, скажите, заявили ли они о моей невиновности?

– Только Смитон признал свою вину. Но вердикт был вынесен единогласно.

Это было хуже ночных кошмаров, которые преследовали ее по ночам.

– Что с ними будет? – прошептала Анна, боясь услышать ответ.

Кингстон выглядел подавленным:

– Они претерпят смерть, которая полагается изменникам.

«Только не Норрис!» – кричало ее сердце.

Не этот честный, преданный человек. Не Уэстон, ведь он так молод и полон жизни; и не Бреретон, единственное преступление которого состояло в том, что он нанес обиду Кромвелю; и не Смитон, несмотря на всю его невыносимую заносчивость! Этого не должно произойти. И что тогда ждет ее и Джорджа? Все они обречены.

На следующий день Кингстон вернулся:

– Мадам, я получил приказ от короля в понедельник доставить вашу милость и лорда Рочфорда к лорду-распорядителю суда пэров для судебного разбирательства, которое состоится здесь, в Королевском зале.

Значит, из Тауэра ей не выйти. Они, несомненно, опасались демонстраций в ее поддержку или, скорее, против нее.

– Но мне так и не сказали, какие преступления вменяют в вину! – воскликнула Анна. – Как я могу подготовиться к защите?

– Мадам, вы услышите обвинительный акт в суде, где будут зачитаны и показания свидетелей.

– Мне не назначат адвоката, который будет выступать от моего имени?

Кингстон чувствовал себя все более неуютно.

– Мадам, обвиняемым в измене запрещено иметь законных представителей в суде. Также вы не имеете права сами привлекать свидетелей.

Тут Анна горько рассмеялась:

– В любом случае сомнительно, чтобы кто-нибудь согласился вступиться за меня. Так как же мне защищаться?

– Вы можете спорить с обвинителями.

– Вы говорили, что я получу правосудие! – напомнила Анна. – Это выглядит пародией на него.

Кингстон немного ослабил служебную сдержанность, и Анна увидела в его глазах сочувствие.

– Как сказал однажды мой добрый друг кардинал Уолси: если обвинителем выступает Корона, суд вынесет вердикт, что это Авель убил Каина.

Осознание того, что она сама попала в столь же отчаянное положение, какое подстроила для Уолси, было горьким.

– Тогда мне придется сражаться без оружия, – прошептала Анна.