Анна Болейн. Страсть короля

– Да, не тронут, но что, если Господь откажет мне в этом благословении?

– Молись, чтобы Он послал тебе этот дар.

– Не могу избавиться от страха, что, пока жива Екатерина, мне не выносить жизнеспособного сына. И даже если он родится, всегда найдутся те, кто назовет его бастардом. Вот если бы мой статус королевы был неоспоримым…

Джордж ничего не ответил. Он сидел, погрузившись в раздумья.

– Екатерина – моя смерть, а я – ее, – сказала Анна. – Я позабочусь о том, чтобы она не смеялась надо мной, когда меня не будет.

– И как ты намерена это сделать?

– Что-нибудь придумаю.

Брат скептически взглянул на сестру. Он слишком хорошо ее знал. Из всех огульных обвинений, которые предъявляли ей люди, явно несправедливым было одно – «убийца». В душе она такой не была.

А потом будто вмешался сам Господь. Генриху сообщили, что Екатерина тяжело больна. Это казалось ответом на мольбы Анны. Ее сын мог стать бесспорно законным.

Однако в следующем донесении говорилось, что Екатерине стало лучше.

– Молю вас, – в отчаянии говорила Анна Генриху, – покончите с ней и ее дочерью! Ради нашего ребенка!

– Такие чувства и слова не к лицу женщине. – Тон его был уничижительным.

– Вы не будете знать покоя, пока не освободитесь от этих изменниц! – воскликнула Анна. – Я не успокоюсь, пока обе они не сойдут в могилу.

– Тогда вы обретете покой очень скоро – по крайней мере, наполовину. Прочитав это донесение, я подумал, мне не нужно ничего предпринимать для ускорения кончины вдовствующей принцессы. Успокойтесь, Анна. Пусть свое дело сделает природа.

– Шапуи просит о встрече со мной, – сказал Генрих Анне.

Прошла неделя после Нового года, и тошнота, связанная с началом беременности, к счастью, отступала. А Шапуи наверняка доставил известия, которые ее интересовали, ведь он только что вернулся из Кимболтона. Поверив, что конец Екатерины близок, Генрих позволил Шапуи с ней повидаться.

– Теперь это не принесет вреда, – объяснил свое решение король.

Анна заняла место рядом с Генрихом в приемной зале, который был полон придворными, предвкушавшими драматическую сцену. Отец и Джордж также находились здесь, и им не терпелось услышать, что Анна стала королевой Англии безоговорочно.

Объявили о прибытии Шапуи. Он вошел, одетый во все черное, с лицом серым и строгим.

– Ваше величество, – произнес посол, поднимаясь из поклона. – С глубоким прискорбием сообщаю вам, что королева мертва.

Архангел Гавриил едва ли приносил когда-либо более желанную весть.

– Теперь я действительно королева! – заявила Анна.

– Хвала Господу, мы свободны от подозрений, что кто-то затевает войну! – ликующим тоном произнес Генрих.

Шапуи бросил на него быстрый испепеляющий взгляд:

– Я привез вам ее последнее письмо.