Анклав

Её выдернул из состояния прострации восторженный голос Дангерта:

– Вот где моя власть, моё великолепие! Скоро я получу безграничную мощь, и тогда никто не сможет мне противостоять! Ваши ферры ничтожны, они меня не остановят.

Ника удивлённо смотрела на Хармана, в котором говорил совсем другой разум. Кажется, Дангерт и сам запутался в своих личностях. При всей его жажде власти и амбициях, он не понимал, что им самим управляет другая, тёмная сущность, внушающая Нике страх.

Ника в ужасе вжалась в боковую стену пещеры, заметив, что мужчина поднял кирку и приближается к чёрному камню.

– Нет! Не делай это! Очнись! Это же не ты! – крикнула она, пытаясь дозваться до его сознания.

Но её никто будто и не слышал. Харман поднял руку и нанёс удар по стене. От камня полыхнула тёмная сила. В стене появилась трещина, из которой начала сочиться энергия. Успела промелькнуть мысль, что Харман мог сделать это сотни раз, ведь рудник давно в его распоряжении, но почему-то не вскрыл последнюю оболочку камня. Значит, тому, кто находится внутри, нужна именно она или же любой из адептов! Ещё немного – и зло, что скрыто внутри, перейдёт в неё, и тогда она больше не будет собой, не сможет сопротивляться скрытой в камне сущности.

«А ты мне нравишься, женщина», – прозвучал ужасающий голос в голове.

Виски резануло острой болью, и Ника схватилась за них, сдавила, пытаясь избавиться от воздействия. Если ей овладеет этот монстр, её ферра уже не будет защитой для Винкроса, она станет угрозой миру, уничтожающим всё на своём пути вихрем, а она больше не будет собой.

Трещина расползалась в разные стороны, пространство шахты наполнялось энергией. Вот-вот должно было произойти нечто страшное, и Ника это отлично понимала. Она не знала, что ей делать – бежать или попробовать остановить монстра, который руками Хармана освобождал себе путь на волю.

В трещину проникал мерцающий зеленоватый свет, озаряя всё вокруг. И Ника видела обезумевшее выражение Дангерта, который продолжал откалывать куски чёрного камня в отвесной скале – особенном включении горной породы. Она собралась с силами и разъярённо накинулась на мужчину в надежде оттащить его от стены, но тот лишь развернулся и наотмашь ударил её по лицу, отбросив на пол. В голове мелькнули звёзды, подступила тошнота."

"«Скоро ты тоже будешь моей», – раздался злорадный смех, отдавшись новой болью.

– Нет! Никогда! – произнесла она, собирая последние силы, чтобы противостоять воздействию.

Из трещины вырывался поток мощной энергии зла, который заполнял всю пещеру. Воздух светился, и Ника видела с помощью своей ферры каждый атом, каждую молекулу, которую охватывала странная сила. Она чувствовала эту энергию всеми клеточками тела, и началась паника.