Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 34

Место для ожидания выбрано крайне неудачное: любой стрелок с вышек, где чернеют воронёные пулемёты, мог бы легко открыть огонь. Понятно, что вся эта повышенная охрана выставлена ради безопасности гостей Императора, но как раз меня упёртый гвардеец ни в какую не хочет считать гостем.

Жёны и Гепара переглядываются, поправляя пышные банты поясов на своих кимоно. Светка не выдерживает, и в её голосе звучит раздражение:

— Даня, они серьёзно устроили нам столь жалкую подлянку? Раньше ведь были неожиданные облавы, нападения, штурмы… Неужели всё это кануло в небытие, и теперь нас ждут только вычеркнутые списки?

— Свет, по-моему, это куда неудобнее, чем какие-то облавы, — замечаю я.

Нажав кнопку сбоку, опуская перегородку с водителем, нарочито сухим голосом спрашиваю:

— Что не так, Николай?

Колян досадливо сообщает:

— Ваше Величество, говорят, нас нет в списках и просят не занимать ворота.

Имперский гвардеец сохраняет каменный фейс.

Светка по мыслеречи бросает реплику, слышу её ехидный тон:

— Вот почему, блин, мы ничего не можем сказать этим гвардейцам⁈ Я бы этому остолопу в мундире столько всего высказала бы!

— Тише, Светочка, не занимай по пустякам эфир, — успокаивает Лена «сестру».

Тут я согласен с бывшей Соколовой. Но по традиции местные аристократы не разговаривают со слугами. А гвардейцы ведь тоже считаются обычными слугами. Вот и получается, что мы должны молча сидеть и слушать, как бедный Колян тщетно пытается договориться с охранником на воротах, а нам и рта открыть нельзя, иначе сами опустимся до уровня слуг. Мол, если ты споришь на равных с подзаборной охраной, то и сам от неё недалеко ушёл. Мне-то, конечно, пофиг на такие вещи, но вокруг полно аристократов, и они уже с интересом следят за шумихой у ворот.

Хоть со своими слугами говорить дозволено, а то это был бы вообще идиотизм.

Колян снова получает от ворот поворот и со вздохом и виноватым видом обращается ко мне:

— Ваше Величество, у нас ЧП.

— Не пускают? — уточняю коротко.

— Да, не знаю, как пробиться, — мрачно отвечает он, и в голосе его уже злость, сдержанная, но ощутимая. Колян — боевой гвардеец в первую очередь, а потом уже водитель лимузина. Просто он любит сидеть за рулём и водить тачки, вот и совмещает одно с другим.

Колян ещё раз пытается обратиться к охране, уже жёстче, но гвардеец только упирается, повторяет как заведённый:

— Нет вас в списках. Пропустите следующего кортеж. За вами едут важные люди.

Колян не выдерживает, срывается:

— Да ты сам-то понимаешь, что несёшь? Какие ещё важные люди⁈ Ты сам не пускаешь даймё, альвийского короля и русского графа в одном лице!

Гвардеец снова отмазывается всё тем же осточертевшим «вас нет в списке».