Ангелы на льду не выживают. Том 1

«Как обычно» в данном случае означало, что искать (и желательно найти) нужно следы пребывания оружия – пятна оружейного масла, патроны, кобуру, следы чистки – тряпки, скомканную бумагу со следами масла или смазки, а также документы, которые могут стать вещественными доказательствами: дневники, записки, письма.

В шкафу висела теплая куртка для пребывания на льду, в карманах ее ничего не обнаружили, но Ульянцев решил на всякий случай оформить изъятие. А вдруг повезет и именно на этой куртке криминалистам удастся выявить следы оружия?"

"В ящике стола обнаружился тренерский журнал, и Дзюба с удивлением услышал пояснения одной из понятых – хореографа – о том, что у тренеров огромное количество писанины, нужно составлять планы нагрузок и занятий, отмечать присутствие, иметь список группы. Надо же, ему, с детства посещавшему самые разные спортивные секции, даже в голову не приходило, что его тренеры ведут какие-то журналы. Почему-то казалось, что тренер работает только в зале и его работа состоит исключительно в проведении тренировок.

«Ну да, – с усмешкой подумал Роман, – про нас, оперов, тоже все думают, что мы в основном бегаем-прыгаем-догоняем-в засадах сидим, и никто даже представить себе не может, сколько в нашей работе писанины и отчетности…»

На подоконнике высилась стопка разноцветных разнокалиберных коробок, похожих на конфетные.

– Так это и есть конфеты, – пояснила все та же словоохотливая понятая. – Родители же несут, а куда их девать? Валерий Петрович вообще сладкое не ел, не любил. Если кто хотел ему приятное сделать, то несли банки с соленьями и маринадами. Но мало кто об этом знал, конечно, поэтому конфеты несли… Вот они здесь и валяются.

Ульянцев быстро примерился к толщине коробок, выбрал три, в которые можно было бы при желании поместить пистолет, прикинул на руке вес, вскрыл и безнадежно осмотрел аккуратные ряды всевозможных конфет.

Тренерская маленькая, и даже самый тщательный обыск закончился довольно быстро. Все, больше искать негде. Ничего не нашли.

* * *Работа по раскрытию убийства Инны Викторовны Ефимовой, 47 лет, москвички, сотрудницы аппарата Госдумы из отдела протокола и внешних связей Управления международного сотрудничества, тянулась уже два месяца. Чиновница была средь бела дня убита ударом ножа в грудь в тот момент, когда вышла из салона красоты и садилась в свою машину.