Гнев ангелов

Как мы могли предположить, что сможем обмануть ангелов? Какая польза от легендарных предков, если в моих жилах не течет ни капли ангельской крови? Они славились не умением сражаться, а своей верой и благочестием. Эти два качества никак не могут мне послужить, они бесполезны.

Гамалиэль заставляет нас бегать вверх и вниз по лестницам Дворца дожей. Нам нужно сделать множество приседаний и выпадов. Иногда мы тренируемся на улице. Я очень рада покинуть Дворец дожей, хотя мы и находимся под строгим наблюдением. Мы бежим вдоль стен, за которыми находится причал, пересекаем площадь Сан-Марко и добегаем до Санта-Кроче. Большинство знакомых, которых мы встречаем на пути, выкрикивают нам вслед пожелания удачи. Лишь некоторые отворачиваются, и я могу это понять. Они, наверное, думают, что я заключила союз с врагом. Я бы с радостью сказала им, что пытаюсь спасти мир, но, конечно же, не могу этого сделать. Поэтому я просто пытаюсь игнорировать их презрительные взгляды. Если план Пьетро удастся, люди сразу же об этом узнают. Когда я увижу Люцифера в следующий раз, я спрошу его, ищут ли они восемнадцатую и девятнадцатую девушек прямо сейчас. Что он имел в виду, когда сказал, что не ожидал найти ключ в Венеции? Я уже почти забыла этот разговор. Он сказал, что ему нужно больше времени. К сожалению, я не видела его с той самой ночи, когда архангел меня грел. Сэм сказал, что у него есть важные дела, но не пояснил, о чем именно идет речь.

Иногда Семьяса или Кассиэль сопровождают нас во время пробежек. С тех пор как я узнала, что Кассиэль не раскрывал никому моего плана побега, мне стало сложнее ненавидеть его так, как раньше. Он часто просит охранников притормозить, когда наши силы на исходе, и всегда покупает что-нибудь попить или поесть по дороге, а затем устраивает нам перерыв. Как я понимаю, сопровождают они с Сэмом нас не для этого. Они должны защищать нас от Братства. Поэтому каждый день мы меняем маршрут.

Сейчас мы пробегаем мимо бара Остерия Аль Скуэро, который находится напротив последней венецианской судоверфи. Кассиэль кричит «стоп!». Это место существует уже целую вечность, бар даже пережил Вторжение. Я, задыхаясь, останавливаюсь, опираясь на низкие стены, окружающие канал. У меня колет в правом боку, и я не могу отдышаться, потому что последние двести метров нам пришлось бежать очень быстро.

– Я принесу что-нибудь попить, – говорит Кассиэль, исчезая за дверями бара.

Наши охранники и по совместительству подгоняющие смотрят ему вслед, качая головой и закрывая нас от прохожих. Фелиция все-таки замечает кого-то из знакомых и машет ему."

"– Кто это был? – любопытно спрашиваю я. Мы немного знаем друг о друге, и нам никто не запрещает общаться.

– Марио. Он был в нашей школе.