Гнев ангелов

Когда ее ввезли в операционную, сверкающую белизной, она подумала: «Здесь умрет мой ребенок. Не беспокойся, мой маленький Адам. Я не позволю, чтобы тебе сделали больно». Из глаз у нее потекли слезы.

Доктор Линден похлопал ее по руке.

«Безболезненная смерть, – подумала Дженнифер. – Как это прекрасно».

Кто-то положил ей на лицо маску, и голос сказал:

– Дышите глубоко.

Дженнифер почувствовала, как с нее сняли одежду и раздвинули ноги.

«Сейчас это произойдет. Мой сын. Мой Адам. Мой сын».

– Расслабьтесь, – сказал доктор Линден.

Она кивнула. «Прощай, мой сын». Она почувствовала, как холодный металлический предмет медленно входит в нее. Инструмент смерти, который убьет ее сына.

Она услышала крик:

– Стойте! Стойте! Стойте!

Дженнифер открыла глаза и увидела удивленные лица, склонившиеся над ней. Она поняла, что это был ее крик. Кто-то надавил на кислородную маску. Она попыталась сесть, но ремни не давали ей этого сделать. Все закрутилось в каком-то водовороте, все быстрее и быстрее.

Последнее, что она помнила, это яркий белый свет, который нестерпимо резал глаза.

* * *Когда Дженнифер проснулась, она лежала на больничной койке. За окном было темно. Все ее тело болело и ломило. Интересно, долго ли она была без сознания? Она была жива, а ее ребенок?..

Она протянула руку и нажала на кнопку звонка. Она жала и жала ее не переставая.

В дверях появилась медсестра и тут же скрылась. Через несколько секунд в палату поспешно вошел доктор Линден. Он подошел к ней и убрал ее руку от звонка.

Дженнифер уцепилась за его руку и хрипло спросила:

– Мой ребенок... Он умер?"

"– Нет, миссис Паркер, – ответил доктор Линден. – Он жив. Я думаю, это будет мальчик. Вы все время называли его Адамом.

Глава 28

Прошли рождественские праздники, и наступил новый, 1973 год. Февральские снегопады уступили место теплому мартовскому ветру. Дженнифер знала, что пора оставить работу.

Она провела совещание со своими сотрудниками.

– Я ухожу в пятимесячный отпуск, – объявила она.

Раздались возгласы удивления.

– Но мы ведь будем поддерживать связь? – спросил Дэн Мартин.

– Нет, Дэн. Я буду вне досягаемости.

Тед Харрис посмотрел на нее через толстые стекла своих очков:

– Дженнифер, ты ведь не можешь так просто...

– Я ухожу в отпуск на следующей неделе.

В ее голосе звучала такая решительность, что больше вопросов не последовало. Остальное время они посвятили обсуждению текущих дел.

Когда все ушли, Кен Бэйли спросил:

– Ты все хорошо обдумала?

– У меня нет выбора, Кен.

Он посмотрел на нее:

– Я не знаю, кто этот сукин сын, но я его ненавижу.

Дженнифер взяла его за руку:

– Со мной будет все в порядке.

– Тебе будет нелегко. Дети растут. Они задают вопросы. Ему захочется узнать, кто его отец.

– Я справлюсь с этим.

– Ладно. – Его голос потеплел.