Желчный Ангел

Марго изредка бросала взгляд на левую щеку Грекова, выбритую до синевы. С момента залихватского турнира с Вадимом черты лица писателя заострились, мышцы потеряли тонус, о чем говорил провисший рукав пиджака.

– Как твои успехи в планке? – спросила Маргарита.

– Никак, – ответил Греков, поморщившись от неприятных воспоминаний. – Я бросил.

Таксист, рязанский голубоглазый богатырь, поглядывал на парочку в зеркало заднего вида. Напряженное молчание давило ему на лопатки, и он попытался развлечь компанию.

– Супруги? – спросил здоровяк, подмигнув.

– Боже упаси! – воскликнула Маргарита. – Одноклассники.

– Я тоже недавно одноклассницу встретил. Не узнал сначала. Ночь была. Вызвала такси. Села, как и вы, на заднее сиденье. Я глянул – вроде Наташка. Бойкая такая, в школе меня портфелем по башке била. Я снова зырк на нее в зеркало, зырк опять, зырк в другой раз. Она подумала, что я маньяк, и как шарахнет меня сумкой по голове. Тут уж я не сомневался: Наташка!

– И что было дальше? – поинтересовалась Марго.

– Теперь у нас двое детей, – гордо сказал таксист.

– Браво! – похлопала Маргарита. – Прекрасная история! Да, Греков? – подтолкнула она его локтем. – Ты, как писатель, собираешь истории?

– Уже нет, – буркнул Сергей Петрович.

Машина остановилась возле неказистого здания со стеклянной дверью. На ней висел белый лист с надписью маркером: «На концерт вход с заднего подъезда».

– Не Карнеги-холл, – констатировал Греков.

– Вижу, – подтвердила Маргарита.

До заднего подъезда пришлось идти по лужам. Марго поскользнулась каблучком на грязи и, чертыхаясь, вцепилась в руку писателя. Край ее карамельного пальто коснулся черной жижи.

– Оплатишь химчистку, – заявила она.

– Хорошо, – покорно ответил писатель, испачкав ботинки и низ брюк.

Внутри, впрочем, оказалось, весьма уютно. Камерный зал состоял из восьми рядов бархатных кресел и утопающей в темноте сцены с высвеченным красным роялем. Рядом с ним возвышались стулья для секции струнных и духовых инструментов.

Зрителей оказалось много. Контролеры суетливо приспосабливали в проходах приставные места. Греков с Марго отмыли обувь в туалете и встретились в середине второго ряда. После звонка на сцену вышла дама в черном брючном костюме и хрипловатым актерским голосом сообщила, что вечер будет посвящен джазу 1950–1960 годов и что композиции, переложенные Петром Савицким, прозвучат в исполнении оркестра совершенно по-новому.

– Петя Савицкий – это мой кореш по санаторию, – шепнул на ухо Маргарите гордый Греков.

Музыканты расселись, дама объявила Take Five Пола Дезмонда.