Ангел тьмы

Но, с другой стороны, все это может оказаться лишь игрой твоего воображения, и ты доживешь до старости, убеждал его я. Но он только странно смотрел на меня, и от этого взгляда мне становилось нехорошо: самые худшие предчувствия охватывали и меня. Мы много говорили с ним о тебе, часами просиживая в его коттедже, о том, сколько пришлось тебе вытерпеть, когда твоя мачеха и твой отец поссорились и вся забота о маленьких детях легла на твои плечи. Трой признался мне, что он тайком наведывался в студенческий городок и издали глядел на тебя…

Тони снова уставился на океан, уже поглотивший цветы. Мне стало страшно.

— Я знаю, что ты все еще любишь его, — продолжал Тони. — Будь ко мне снисходительна, прошу тебя! Мне хотелось отвлечь брата от его навязчивых мыслей, и я организовал вечеринку, причем договорился с гостями, что они не отпустят Троя ни на минуту. Среди приглашенных была одна девушка, с которой он когда-то встречался. Она вышла замуж, но вскоре развелась. Она очень веселая, жизнерадостная девушка, я думал, что она поможет мне поднять Трою настроение, отвлечет его от воспоминаний о тебе и мыслей о неминуемой смерти. Девушка рассказывала о том, с какими знаменитыми людьми она встречалась, какие дорогие наряды покупала, какой большой дом собирается построить на своем собственном острове где-то в южных морях… если только найдет себе достойного мужчину, который бы стал с ней там жить. И при этом она бросала выразительные взгляды на Троя. Но он, как мне показалось, даже не слушал ее. Он вообще не обращал на нее внимания, и это ее взбесило. Она перестала шутить и стала насмехаться над ним, задевать его самолюбие. Трой не выдержал и, вскочив с места, выбежал из дома. Я видел, как он быстро пошел в направлении конюшни. Мне это не понравилось, и я пошел следом за ним и наверняка догнал бы его, если бы эта дура не увязалась за мной и не начала хватать меня за руки и говорить, что я нянька своего младшего братца. Когда же мне наконец удалось избавиться от нее и добежать до конюшни, Трой, как рассказал мне конюх, уже ускакал на жеребце по кличке Абдулла Бар. Он начал как безумный носиться на нем по лабиринту, лошадь испугалась и, перепрыгнув через кусты, поскакала к берегу, закусив удила.

— Абдулла Бар… — повторила я почти забытую кличку арабского скакуна.

— Да, это любимец Джиллиан, — кивнул Тони. — Он слушался одну лишь ее. Я вскочил на свою лошадь и погнался за Троем, но сильный ветер мешал мне догнать его.