Ангел севера

Только одна женщина на свете была нужна ему, и все, что он был способен отдать, принадлежало ей. Возможно, Айрис первое время будет огорчена, но она быстро оправится. Кроме солидного состояния, у нее было много преданных друзей, и среди них не меньше дюжины сочли бы за счастье в любую минуту утешить ее.

Люк не сомневался, что она прекрасно проживет и без него.

Айрис приняла его в спальне, одетая в несколько клочков черного шелка. Она приветствовала его страстным поцелуем. Люк хотел объяснить, зачем приехал, но она, не слушая его, стремительно заговорила, не давая вставить ни слова:

– Я даю тебе несколько недель поразвлечься с ней.

Когда она тебе надоест, можешь вернуться ко мне. И мы никогда не будем вспоминать о ней. Разве я не обещала тебе полную свободу? Делай все, что тебе нравится. Я не хочу, чтобы ты хоть одну минуту чувствовал себя виноватым. Мужчины нуждаются в разнообразии, я понимаю это.

Не о чем говорить, нечего прощать. Если я буду уверена, что ты вернешься…

– Нет, – прервал ее Люк, и голос его прозвучал слишком сурово. Он не собирался говорить с ней таким тоном и глубоко вздохнул, огорчившись, что так получилось.

Она беспомощно всплеснула руками и жалобно спросила:

– В чем дело? У тебя такое лицо, какого я никогда раньше не видела. Что не так?

– Не надо ждать меня. Я не вернусь.

Айрис нервно засмеялась:

– Но почему нам надо отбрасывать все хорошее ради минутной прихоти? Дорогой, пусть тебя не вводит в заблуждение внешность. Она хрупкая, милая девочка, которой, кажется, ты нужен… Конечно, я не такая худая, как она, но это не значит, что мне ты нужен меньше! А когда ты устанешь от нее…

В комнате воцарилось молчание. Айрис была потрясена.

К горлу подступили рыдания, ей едва удалось сдержаться.

Она отвела взгляд в сторону, чтобы Люк не увидел навернувшиеся на глаза слезы.

– Такие слова ты просто так не скажешь, – проговорила она наконец. – Полагаю, мисс Биллингз очень довольна собой.

– Я пока ей не говорил об этом. Она еще не готова меня выслушать.

Айрис, вдруг возмутившись, ядовито заметила:

– Ну конечно, она же такая слабая, такая хрупкая, она тут же упадет замертво, когда ты ей это объявишь. Боже, какая ирония судьбы! Такой сильный, полный жизненной энергии мужчина вроде тебя влюбляется в бледное, хилое ничтожество вроде нее?

– Она не такая хилая, как тебе кажется. – Внезапно Люк вспомнил о том, какой была Тася в саду, о сладостной жадности ее рта, приникшего к его губам, о том, как вонзились ему в спину ее ногти, царапая его сквозь рубашку…

Кровь его забурлила при этом воспоминании, и он заметался по комнате, как волк в клетке.

– Почему в нее? – требовала ответа Айрис, следуя за ним. – Из-за того, что Эмма ее любит? Из-за ее молодости?

– Не важно из-за чего, – отрезал он.