Ангел севера

– Неужели? А может быть, ты просто трусишь и не пытаешься ничего изменить?

Она снова забилась в его руках, роняя сквозь зубы:

Люк без малейшего усилия прекратил эту борьбу.

– Я тебя хочу. Этого вполне достаточно, чтобы за тебя побороться. И если ты от меня удерешь, я все равно отыщу тебя. – Его губы растянулись в хищной улыбке. – Клянусь Богом, как же хорошо снова хотеть кого-то! Я не променяю это чувство на целое состояние.

– Я ничего тебе не стану рассказывать, – страстно сказала Тася. – Исчезну. Не пройдет и месяца, как ты меня забудешь и все пойдет по-прежнему.

– Ты не бросишь Эмму. Что тогда с ней будет? Ты ей нужна. – Прием был нечестный, и они оба прекрасно это понимали. – Мы нужны ей оба, – коротко добавил он.

Тася пришла в ярость:

– Я понимаю, что нужна Эмме… Но ты… Все, что тебе нужно, – это б-блудить.

Он отвернулся, и Тася решила, что она пристыдила его.

Однако тут же поняла, что он смеется. Разозлившись, она снова начала вырываться. Но он еще сильнее прижал ее к груди. Тася почувствовала холод стального крючка, прижавшегося пониже спины. Она продолжала сидеть у него на коленях, и твердая выпуклость его плоти упиралась в нее, вызывая жгучее ощущение. Она часто задышала, почувствовав в том месте, где было это давление, особую волнующую пульсацию…, и замерла.

Его улыбающийся рот коснулся ее пылающей щеки.

– Не буду отрицать. Блуд, как ты говоришь, занимает одно из первых мест в списке моих желаний. Но это далеко не единственное, чего я от тебя хочу.

– Как ты можешь об этом говорить, когда там, наверху, тебя ждет женщина?! Или ты уже забыл о леди Харкорт?

– Верно, есть вещи, которые мне сначала придется уладить, – признался он.

– Мы с Айрис не брали никаких обязательств по отношению друг к другу. Она хорошая женщина. У нее есть много качеств, которые мне в ней нравятся и за которые я ее уважаю. Но между нами нет любви, она меня не любит, и я не люблю ее. Она первая подтвердит это.

– Но она хочет выйти за тебя замуж, – обвиняющим тоном проговорила Тася.

– Что ж, дружба – не самое плохое основание для брака. Но мне этого недостаточно. Айрис знает, что я думаю по этому поводу. Я много раз говорил ей об этом вполне определенно.

– Может быть, она считает, что ты передумаешь?

Лицо его озарилось обаятельной улыбкой.

– Стоукхерсты своих мнений не меняют. Мы очень упрямы. А я в этом отношении хуже всех в роду.

Тасю вдруг охватило ощущение нереальности происходящего: она ведет с ним подобный разговор, в темноте, в его объятиях… Она осмеливается обвинять и упрекать его, а он только оправдывается. Это был опасный признак изменения их отношений. Наверное, все эти мысли отразились у нее на лице, потому что он рассмеялся и, разжав объятия, заметил:

– Сейчас я отпускаю тебя.