Ангел

— Но почему? Неужели только из-за того, что они развелись...

— Они не развелись.

Когда Ангел отложил вилку и удивленно посмотрел на Касси, она добавила:

— Я знаю, многие считают, что мои родители давно уже в разводе, но ни один из них никогда не поднимал этот вопрос. Думаю, их обоих устраивает жить в разных концах страны.

— А если кто-нибудь из них захочет вступить в новый брак? — поинтересовался Ангел.

Касси пожала плечами.

— Тогда, очевидно, им все же придется развестись.

— И это тебя не волнует?

— За всю мою жизнь родители ни разу не разговаривали друг с другом. Почему же меня должно волновать, что кто-то из них захочет вступить в нормальный брак?

Покачав головой, Ангел вновь принялся за еду.

— Мне с трудом верится, что за все эти годы они ни разу не обращались друг к другу. Тебе, наверное, трудно пришлось в детские годы.

Касси усмехнулась.

— Честно говоря, только к семи годам я узнала, что на свете есть и другие родители, которые ведут себя совершенно иначе. До этого мне казалось, что у нас дома все совершенно нормально. Может, вы, Ангел, расскажете немного о себе?

Она невольно вспыхнула, когда произнесла его имя, впервые назвав его так, и ей показалось, что это внесло в их отношения некую близость.

Он заметил ее смущение.

— В чем дело?

— Э... А можно мне называть вас как-нибудь по-другому?

Он не улыбнулся, но Касси заметила, что его позабавил ее смущенный вид.

— У тебя неплохо получалось, когда ты называла меня просто «мистер», — сказал он.

Но Касси не могла представить, как она станет обращаться к нему «мистер Ангел», ведь это все-таки было имя, а не фамилия. Он не собирался помочь Касси в этом сложном для нее вопросе, и тогда, разозлившись, она спросила:

— А почему вы взяли себе такое имя — Ангел?

Он поднял бровь.

— Ты считаешь, что это я сам придумал?

— А разве нет?

— Конечно нет, черт возьми! Так меня называла мать, и это было единственное имя, которое я запомнил. И когда охотник, который меня вырастил, спросил, как меня зовут, я так ему и сказал. Я помню, как он долго хохотал, когда это услышал.

Некоторое время Касси осмысливала слова Ангела.

— Но это, наверное, было просто ласковое прозвище. Матери всегда называют детей «золотце» или «солнышко»...

— Потом я тоже пришел к такой мысли, но к тому времени я уже и сам привык к этому имени. К тому же меня это мало волновало. Когда считаешь, что у тебя есть имя, которое тебе дали при рождении, то привыкаешь к нему. Я уже не могу представить, что меня могут звать как-то иначе.

«А те, кто не привыкли к такому имени?» — хотелось спросить Касси, но сначала она решила задать ему еще один личный вопрос.

— Значит, ваша мать умерла? Поэтому вас воспитывал этот охотник?

— Нет, он просто украл меня.

На этот раз Касси изумленно отложила вилку в сторону.

— Простите, не поняла.