Ангел для Зверя

Голова вправо и судорожный вдох.

Вот же дрянь!

— Не страшно? — спрашиваю Кристину, что стоит на карнизе и балансирует на грани жизни и смерти.

Она качает головой, и вся дрожит. Ну что за баба неуемная. Высовываюсь и двумя руками под колени хватаю.

— За плечи. Крепко, — с рыком и лучше не смотреть вниз.А если бы упала? А если бы шею сломала?"

"До сих пор не поняла, что она для меня значит. До сих пор не поняла, что не сбежать?

Втаскиваю ее в комнату и иду закрывать двери.

— Что ты... — голос дрожит. Сумку к себе прижимает. — Что ты делаешь?

А я стягиваю промокшую от пота футболку. Начинаю расстегивать ремень. Сам удивляюсь, как мне удается делать это спокойно. В паху горит от предвкушения.

Хотел ведь нежно! Хотел осторожно к себе приучать!

— Руслан!

— Раздевайся!

— Зачем?!

— Раздевайся, пока не порвал все.

— Я не понимаю, — ее начинает трясти, а зубы стучать. — Руслан, пожалуйста…

Но я не поддаюсь. Снимаю брюки и остаюсь в трусах.

Взгляд на голые ступни.

— Раздевайся, Кристина. Беременной делать буду, чтобы больше не сбежала.

Глава 25

Меня начинает трясти.

Страхи, неуверенность, воспоминания. Все плотным туманом обволакивает и душит.

А Руслан собирается… Собирается…

— Не надо, — ставлю руки перед собой. Пытаясь себя защитить. А он словно скала. Огромный и грозный. И слова эти про беременность. Зачем? Ну какой ребенок?! — Руслан, ты не понимаешь.

Вижу, что намерения у него серьёзнее некуда, взгляд колкий, пронзительный, но разве я могу ему позволить сделать это?

Он делает уверенный шаг на меня, я мышкой под рукой и к двери. Дергаю на себя. Но заперто.

Он все предусмотрел.

— Да, я не понимаю. Не понимаю, сколько можно бегать. Ты готова сдохнуть или быть изнасилованной, только чтобы не быть со мной!?

Ревет он диким зверем так громко, что меня передергивает.

— Да! — отвечаю в запале, а саму начинает трясти. А он снова близко и запах его как ножом по сердцу скребет. – Я готова на все, чтобы не быть с тобой!

Почти правда.

Он тормозит, мелькает ухмылка. Не верит. Надо убедительнее. Надо просто доказать, что он для меня ничего не значит.

Я должна освободить его от бремени. А если он возьмет меня, то все поймет!

Но нельзя! Нельзя ему знать, что я теперь не чиста. Нельзя ему знать, потому что долгом своим посчитает взять опеку. А мне не нужны одолжения.

Мне ничего от него не нужно.

Куда легче одной быть.

— Ну что ты замолчала, — тянет он руку и со лба прядь волос убирает.

Будь это кто-то другой, я бы дернулась. Но его касания как глоток свежей воды.

Грубые, нежные – не важно. Чувствую, как в моем теле поднимается буря. И хочется прикрыть глаза и просто отдаться этой стихии.

Отдаться Руслану. Стать матерью его сына. Сделать все, что он скажет.

Но мне нельзя, и я отбрасываю руку.

Нельзя, пойми ты!

Отворачиваю лицо и поджимаю губы.