Ангел для Демона (СИ)

Деревья напоминали старые, огромные плакучие ивы, ветки которых свисали до самой земли, только вместо листьев на них пестрели красно-розовые соцветия. Ветер срывал лепестки цветов и поднимал в небо, кружил ими играючи, затем отпускал, ненадолго утихая. Они летели вниз, будто бы хлопья снега, исключительно напоминали цвет алой крови вместо сияющей белизны, покрывали землю багровым оттенком. От леса исходила прохлада, такая, которая пробирается под кожу и покалывает изнутри, покрывает её острыми пупырышками, поднимает дыбом каждый волосок, причиняя при этом лёгкую боль. Меня вдруг охватила неожиданная паника с дрожью. Я точно знаю, что дальше нельзя! Нужно остановиться и броситься прочь на всех парах, подальше от этого жуткого места. Ведь Дина умерла. Её больше нет. Я не хочу видеть нашего малыша. Тело леденеет, а ноги и не думают останавливаться, идут за ней, приближаются к зловещей неизвестности. Я задыхаюсь, чувствую, как силы покидают меня. Хочется прикрыть веки и забыться.

— Остановись… — тихо шепчу ей, пытаясь сделать хотяб один шаг назад, — прошу тебя, Дина, я не хочу…

— Дима! Дмитрий, обернись, не верь ей! — Где-то издалека послышался голос Ангела. Такой нежный, звонкий, успокаивающий. Он начал отогревать замёрзшие пальцы под сжатой ладонью Дины. Я как будто очнулся от наваждения и открыл глаза. Сердце принялось перекачивать тёплую кровь по венам, душа встрепенулась, забилась, словно птица. — Димочка! Вернись ко мне, не слушай её, родной!

Пальцам удалось выскользнуть из холодного плена и я ощутил резкий прилив жара к телу, будто во мне вскипала вся жидкость до последней капли. Ну же! Всего пару шагов назад и можно утонуть в объятиях моей любимой девочки. Она зовёт меня. Кричит! Умоляет идти к ней. Руки Ангела опускаются на плечи, смыкаются в пламенное кольцо. Между нами горит огонь, согревает нас, защищает.

— Лина? — зову свою девочку, останавливая свой взгляд на Дине, которая рассматривала пристально нас обоих. Её глаза становились чёрными, выражение лица из сочувственного превратилось в презрительное.

— Я здесь, любимый! Все хорошо! Я с тобой, я рядом, она не тронет тебя!

Ангелина медленно обошла меня по кругу и остановилась впереди, загораживая своим телом. Её вид ослепил меня на миг. Будто божество, сошедшее с неба на землю. Кожа серебрилась тёплым светом, обличённая в белоснежную, полупрозрачную, лёгкую ткань. Босая, воздушная, хрупкая, и такая отважная девочка. Я замер, любуясь настоящими крыльями за её спиной, не теми, в которых впервые её увидел, а живыми, трепещущими, с играющими на них яркими бликами от солнца. Они двигались сами по себе, будто бы у них была своя жизнь. То взметали вверх, то опускались, при этом нежно ласкали мою открытую от одежды кожу.