Алый ангел

 – Габриель, говорю же тебе, это не поможет – мальчишеский наряд, мужская походка, уличные манеры, ругательства, даже мерзкий запах рыбы от твоей кожи… – его голос стал низким, хриплым, почти ласкающим. – Любимая, это не поможет. И никогда не помогало. Почему ты решила, что это подействует?

Хотя герцог не сделал и шагу, Габриель отступила. Ее глаза стали огромными, словно блюдца. Она покачала головой.

Терпеливо, мягко, будто успокаивая норовистую кобылу, Кэм пообещал:

– Я не хочу причинять тебе боль. Я никогда не хотел причинить тебе боль.

– Слова! – выкрикнула Габриель, обретая дар речи. – Пустые слова! Ты причинял мне боль, и тебе было все равно.

Кэм на мгновение закрыл глаза. Когда он снова открыл их, они были затуманены сожалением.

– Нет, любовь моя, ты ошибаешься. Я никогда не хотел причинить тебе боль. И мне не все равно. Я докажу это, если ты мне позволишь.

Кэм отодвинулся от двери. Хотя он старался сделать это как можно осторожнее, герцог заметил, как в глазах девушки вспыхнул страх.

– Я не причиню тебе вреда. Поверь мне, – попытался успокоить ее Кэм.

Он не знал, откуда брал эти слова. Ему никогда в жизни не доводилось соблазнять женщину. Он понимал, что идет против собственных принципов. Кэм всегда считал соблазнение уделом неразборчивых в средствах людей. Его любовницы шли к нему исключительно по собственной воле. Но он никогда не хотел женщину так, как хотел сейчас Габриель. Герцог боялся, что не переживет эту ночь без нее. Быть может, если бы час назад ее губы не открывались ему навстречу так податливо, он отпустил бы ее – Кэм не мог сказать об этом наверное. Но теперь он не позволит отвергнуть себя, если только Габи не сможет убедить его в том, что ее отказ окончательный.

Господи, Кэм не знал, что движет им. Не похоть. Не жажда удовольствий. Не потребность в мягком женском теле. Габриель. Только Габриель. Ему хотелось заботиться о ней, защищать ее, хоть немного влиять на ее судьбу. Но не в качестве похитителя, а с ее полного и добровольного согласия. Боже, с каких пор он начал обманывать себя? Он хотел обладать ею, присвоить ее себе навсегда самым примитивным способом, известным человеку. Габи была его половинкой. Если она еще не знает об этом, то скоро узнает. Он больше не будет уступать ее девственной нерешительности.

Медленно, осторожно Кэм приблизился к Габриель еще на шаг.

– Ты мой враг! – выкрикнула девушка. – Мой долг противостоять тебе.

– Нет, любимая. Я твой муж. Твой долг любить меня.

– Это фиктивный брак! Ты обещал, что он будет аннулирован.

Теперь их разделял всего один шаг.

– Я не собираюсь заставлять тебя, – сказал Кэм. – Но если ты не хочешь меня, тебе придется воспользоваться ножом.