Алый ангел

Более сдержанным тоном Фуше продолжил:

– Занимайтесь этим делом дальше, пока не разберетесь но всем до конца. Определенную пользу может также принести продолжение дружеских отношений с Луизой Пельтье. Она может оказаться нам очень полезной, так или иначе.

Фуше посмотрел на часы.

– Вам пора на аудиенцию к первому консулу. Он очень хочет услышать ваше мнение о мистере Фоксе.

Он прикусил губу, чтобы не расхохотаться при виде самодовольной улыбки, засиявшей на красивом лице Десаза. Этого следовало ожидать, подумал бывший министр. Бонапарт выразил желание лично встретиться с агентом, которому удалось стать другом мистера Фокса. Первый консул надеялся, что в случае завоевания Англии Фокс окажет ему поддержку. В некоторых вещах Бонапарт был не слишком проницателен. К сожалению, первый консул с самого начала неправильно понял этого человека. Предположение, что кто-то из англичан, находясь в здравом уме примет Бонапарта как освободителя, если тот придет во главе армии-завоевательницы, казалось Фуше безумием. Бонапарт же, похоже, вполне допускал такую возможность."

"Конечно, он, Жозеф Фуше, не возьмется исправлять ошибки в рассуждениях Наполеона. Это мог бы попытаться сделать Талейран, министр иностранных дел, если бы захотел. Фуше намеревался только снова официально стать министром полиции.

При воспоминании о Талейране мысли Фуше стали более мрачными. Был второй заговор против первого консула, и на этот раз его осуществлению помешал именно Талейран, получивший предупреждение из Англии. Фуше хотел бы знать, кто был этим информатором. Он подозревал, что к этому приложил руку Чарльз Фокс. Собственные агенты Фуше донесли ему, что Фокс и Талейран вели тайную переписку. «Фокс, – подумал Фуше. – Человек-загадка». Фокс не одобрял действий Бонапарта, но в то же время не хотел, чтобы того убили. Фуше предполагал, что это как-то связано с кодексом чести джентльмена, которого, казалось, придерживались все англичане. Более абсурдной логики он еще не встречал.

Очнувшись от задумчивости, Фуше осознал, что на него в упор смотрит Десаз.

– Я пройдусь с вами до дворца Тюильри, – сказал Фуше, вставая.

У входа в сады Тюильри они расстались. Более чувствительный, чем Фуше, человек задумался бы над иронией судьбы: новый диктатор Франции сделал своей резиденцией бывший дворец Бурбонов. Однако мысли Фуше уже были заняты докладами агентов, накапливавшимися на его столе. Лишь спустя несколько недель Фуше дал ход расследованию по поводу семьи Валькур, и примерно столько же времени прошло, прежде чем он расспросил Маскарона о человеке, гостившем у него в замке Шато-Ригон во время провалившихся переговоров.

В замке Шато-Ригон Маскарон стоял у одного из высоких окон своего кабинета, выходившего на южные луга.