Анестезия

– Всё… кажется, тут мы в безопасности, – выдохнула Настя, когда они спрятались за машиной Власа, припаркованной возле подъезда. – Он тебе ничего не сделал?

Малышка выглядела такой растерянной, что у Насти сжалось сердце. Её маленькая глупая девочка, готовая пожертвовать даже собой, чтобы только спасти того, кто этим воспользовался.

– Мама… мама-а-а!

Аглая вцепилась в Настю, обхватила её с такой силой, будто её вот-вот должны были оторвать от матери навсегда. Зарыдала – безудержно, захлёбываясь каждым вдохом.

– Всё. Всё теперь, Глаш, слышишь? Маленькая моя, теперь всё.

– Я… я… – Дочь делала судорожные попытки схватить ртом воздух, и это мешало сказать то, что она хотела.

– Тчш-ш! Потом всё скажешь, сейчас успокойся.

– А если он… нас снова поймает?

– Не поймает. Сейчас Влас с ним разберётся и всё будет хорошо.

Глаша снова всхлипнула и вцепилась в Настю сильнее. Наверняка не ожидала, что «папа» поведёт себя так. Поверила ему, доверилась… а вот как всё повернулось.

– Ну? Ты в порядке? – выдохнула Настя, когда Влас спустился вниз. Выглядел он потрёпанным – одежда помята, волосы взъерошены, а на кулаках – несколько ссадин.

– В порядке, – мрачно отозвался тот. – Вы как?

– Всё хорошо. Я хочу, чтобы мы отсюда уехали. Прямо сейчас, – взмолилась Настя, и Влас кивнул.

– Только я в машине перекурю тогда. За сигарету убить готов."

"Он отключил сигнализацию и открыл для Насти и Аглаи заднюю дверцу. Как только обе юркнули на сидение, устроился за рулём и завёл мотор. Через несколько секунд они уже выехали из двора на оживлённый проспект, и только тогда Настя поняла, что начинает более-менее успокаиваться.

– Ты как? – спросила Настя у дочери, уткнувшейся взглядом в окно. Она даже представить не могла, что именно малышка могла чувствовать в этот момент. И не знала, что ещё нужно сделать и чем помочь ей, чтобы она успокоилась.

– Хорошо, – равнодушно проговорила та в ответ, так и не оторвавшись от своего занятия.

Настя вздохнула. Эта сволочь Виталик сделал с её дочерью то, с чем придётся разбираться только ей и никому больше. И сейчас, когда Настя осознала это, поняла и другую истину – Влас врезал ему недостаточно хорошо.

Когда они подъехали к дому, Влас попытался разрядить обстановку.

– Кстати, в тебе, малая, я не сомневался! Ты смелая такая у нас, – начал он, но Настя покачала головой, видя, что Аглаю сейчас вообще ничто не способно снова вернуть к тому состоянию оживления, в котором она обычно находилась.

– Влас, спасибо, – поблагодарила она его и, коротко обняв, отступила в сторону подъезда. – Мы потом тебя поблагодарим, как ты того заслуживаешь. А сейчас извини… домой пойдём. И Саше ни о чём не говори пока, пожалуйста.

Он сомневался несколько мгновений, после чего всё же кивнул в ответ.

– Окей.